Книга Не жизнь, а роман!, страница 185 – Юлия Меллер

— Не шевелитесь, — услышала она настороженно спокойный голос.

Катя замерла и перепугалась, представляя, что рядом с ней затаился какой-нибудь паук.

— Сеньор де Бриош, не шевелитесь, она сама уползёт, — вновь прозвучал голос Имада.

— А мне можно шевелиться?

— Вроде да. На всякий случай посмотрите в складках своего платья: не спрятался ли кто?

Катерина очень осторожно проделала всё, что велено; выгнала какое-то насекомое и, наконец, смогла посмотреть на Рутгера. У него на груди пригрелась маленькая змейка, свернувшись крендельком.

— Она ядовитая?

— Да.

— Может, её как-то скинуть?

— Не надо, она скоро сама уползёт. Так бывает, они ищут тепло и не стоит пугаться.

Время тянулось медленно, но как только солнышко пробилось сквозь ветви деревьев на полянку, так змейка действительно уползла. Настроение у всех было паршивое. Ночью температура опускалась до пятнадцати градусов, земля влажная, и всё это значительно перевесило ценность ночёвки рядом с источником. Рутгер тоже выглядел неважно, и Катя решила, что им обоим надо разогреться во время пути, пропотеть и больше не устраивать ночлег в таких местах. Местные благоговеют перед водой и готовы часами смотреть, как она сверкает под лучами солнца или отображает звезды, но жители Европы предпочли бы для подобных медитаций огонь.

Морковкин и безымянный осёл бодренько перебирали копытами вослед размашистому шагу Имада. Солнце поднялось, и Катерина, поправив ремешки на сандалиях, а в некоторых местах подложив кусочки ткани, пристроилась рядом с проводником.

— Хочу размяться, — коротко ответила на его растерянный взгляд.

Рутгер тоже дал отдых ослу и пошёл пешком. Через час быстрой ходьбы оба прогрелись и застывшие за ночь кости перестали ныть, а дневной отдых под ласкающими лучами солнца и лёгкий сон, полностью восстановил здоровье путешественникам. К вечеру они добрались до крупного поселения, где Имад с Рутгером попытались договориться о дальнейшем пути вместе с торговцами. Оказалось, что одна группа уже ушла утром, а когда собьются в кучу следующие желающие добраться до Эдессы, неизвестно.

— Они пешком, на ослах или верблюдах? — поинтересовался Рутгер.

— По-разному, у кого что, — ответил старейшина деревни и, поняв, что чужаки надолго не задержатся, потерял к ним интерес.

— Предлагаю догнать их. Мадам, вы как? Мы движемся довольно бодро, за пару дней нагоним. Вряд ли кто-то бесчинствует рядом с границей.

— Всякое бывает, — уклончиво ответил Имад на обращённые в его сторону вопросительные взгляды.

— Не юли! Ты же часто здесь ходишь, говори прямо, где чаще всего нападают?

— Вы правы, сеньор де Бриош, до Халеба и чуть дальше, пока есть поля и сады, вы можете идти без опаски, а далее — как Бог распорядится. Мой вам совет: если хотите жить, то при нападении отдайте все деньги. Они называют это выкупом, иначе рабство или смерть в назидание другим.

— На вас нападали? — встревожилась Катя.

— Да, сеньора, не один раз.

— Сеньор де Вальдивия не говорил, что путь настолько опасен.

— Мой господин давно не выбирался за пределы границ нашего королевства, а его товары тщательно охраняют, и мелким разбойникам они не по зубам.

— Ну что ж, мы ведь знали, что дорога опасна, — вздохнула мадам, — примите в благодарность это кольцо, Имад. Спасибо, что проводили.