Книга Попаданка прибыла!, страница 71 – Юлия Меллер

А вот из-за бамбука зря над ней смеются. Хозяин дома претензий не имеет. Он из этого бамбука новую мебель сделал и продал её по бешеным ценам. Жалел, что сразу не догадался и многое продал спилом. Всё же дерево здесь ценится очень дорого. Даже в княжеском тереме теперь есть несколько срезов с корней бамбука в качестве подносов и маленького столика. А крышу починили тем же днём. В общем, бабкино наследство принесло доход хозяевам!

Возле покоев Ульяны стояла охрана и она, не имея никакого страха, вошла внутрь…

Орала она долго, потому как впечаталась лицом в гигантскую паутину. Стражи влетели следом, и один из них точно так же повис в липких сетях.

Ульяна чуть с ума не сошла от ужаса, но второй страж мечом рассёк нити и освободил её, а потом товарища. Дальше она ничего не видела, потому что её вытолкнули наружу. Но зато слышала, как в покоях шло сражение, и видела труп паука размером с пони.

Первое, что она сказала, когда князь тряс её как грушу, спрашивая, что произошло:

— Развидеть бы то, что я видела.

— Оставь жёнку, друже! Не видишь, она не в себе! Спроси своих стражей.

— Да её выпустить из рук страшно! — буркнул князь. — Всё что-то случается! Не женщина, а лихо какое-то.

— Это как поглядеть, — возразил Лель, но князь не дослушал.

— Как ни гляди, а у меня уже руки трясутся, и глаз дёргается, как только слышу о ней!

Тут уже Ульяна ожила и набросилась на князя:

— Подумаешь, неженка какая сыскалась! А меня в твоём доме убить задумали, да ещё таким мерзким способом, это как?

— Хотели бы убить, так убили, — разъярился мужчина. — Тебя всего лишь напугали!

Ульяна захлопала глазами, стараясь удержать слезы.

«Напугали?! Всего лишь напугали?»

От обиды она отступила на шаг, и лицо её скривилось. Понимая, что это некрасиво, но рыдания сдержать не удалось и она, закрывшись руками, отвернулась. Князь видел только её подрагивающую спину и слышал всхлипывания.

Он растерянно посмотрел на друга, но когда тот решил обнять плачущую женщину, по-звериному зарычал на него. Хотел рявкнуть: «Не смей», но получился невнятный рык.

Люди стояли и смотрели. Служанки тоже начали всхлипывать, а он не смел подойти к посланнице и пожалеть её. Боялся до дрожи в коленках, а она казалась такой несчастной, маленькой и уязвимой. Сердце разрывалось от боли, глядя на неё, и боль эта не давала пошевелиться. Окаменел.

— Княже, что с тварью делать?

— Что?

— Я говорю, что с тварью делать?

— А… дознание сейчас учиним.

— Надо бы сударыню покуда припрятать, — подал идею Лель.

— Ко мне в покои, — велел князь.

— Э, Радомил, то урон чести посланницы…

— Я сторожить её буду! — громко повторил князь, обведя всех грозным взглядом, и начал опрос.

Глава 17

Две ночи провела Ульяна в покоях князя. Оба они держались подчёркнуто вежливо и соблюдали дистанцию. Больших ханжей, чем они себя показали, свет не видывал, но дело принципа. А поводом к принципиальности послужила подковырка Ульяны при осмотре княжеских покоев:

— Надеюсь, вы умеете держать себя в руках и не наброситесь на меня, чтобы утолить свои мужские страстишки?

Только что устало присевший на скамью князь взвился, как укушенный, и долго кружил возле неё, шипя, плюясь и рыча, прежде чем выдавил что-то вроде:

— …да я… да никогда… в тьме видал… в кошмарах… чудовище!!!