Книга Попаданка прибыла!, страница 70 – Юлия Меллер

— Напакостила — и бежать?! — размахивал плёткой князь.

— Ты чего, не с той ноги встал? — огрызнулась Ульяна.

— Я вот тебя! — князь спрыгнул с коня и начал охаживать её плёткой по заду.

— Сдурел? — заорала она, пытаясь перехватить его руку. Больно не было. Лосины из тонкой шерсти и утеплённые толстые штаны, прикрытые пуховиком, позволяли не чувствовать удары, но какого черта он распускает руки?

— А-а-а-а! — воинственно закричала она и со всей силы толкнула драчуна. Он не удержался на ногах, но её повалил за собой, да так ловко крутанулся, что она оказалась придавленной им. Князь даже не думал, что она не знала, что в этом положении надо сдаваться, и получил удар её лбом в нос.

— Вокова самка! — заорал князь, отпрянув, а Ульяна стала больно тыкать его пальцами в горло. Князь шустро скатился с неё, и хотел было обозвать по-всякому, но увидел непотребное. Посланница на четвереньках ринулась к выпущенной из рук плети.

Что это она задумала?

Впрочем, князь единым броском решил обогнать её, и ему удалось не только схватить плеть, но и оттолкнуть беспредельщицу.

— А-а-а-а, вот ты ка-а-а-к?! — взъярилась она на него и даже не особо пытаясь подняться, прыгнула, как лягушка.

Князь испугался за лицо и сгруппировался, а она, зараза такая, устроилась сверху — и ну лупить его! Через толстый тулуп он едва чувствовал, что она там делает, но лицом поворачиваться опасался. Нос всё ещё ныл, и он тихонько трогал его рукой, пока вздорная баба поверху бушевала.

Потом как-то всё прекратилось, и он с облегчением почувствовал, что она слезла. Поднял голову — и обомлел: народу вокруг — не счесть! Все стоят и, разинув рты, смотрят. Только тут князь и сообразил, что в неловкой позе стоит.

— Ты, княже, поднялся бы с четверенек, а то люди не знают, что и думать, — пробасил верный друг, удерживая в руках зачинщицу. Она раскраснелась и тянула к нему свои ручонки, скрючив пальцы, намереваясь отведать его крови.

— Чего тут думать? — удивился князь. — За учинённое на стене учил её уму-разуму! — гордо вздёрнув подбородок, громко ответил он.

— Это как же? — удивился Лель, а люди тоже ждали пояснений. Они видели другое: посланница сидела на князе, и знай, лупила его. От усердия взопрела и даже шапку потеряла.

— Да так же! — зло рявкнул князь. — Вон, руки ей все отбил! Теперь сто раз подумает, прежде чем что-то делать!

Народ уставился на Ульяну, а она на свои покрасневшие руки. Варежки слетели вместе с шапкой, а ладони она отбила о князя. И это что же получается она всё же пострадала?

— Суров ты, княже! — послышалось со всех сторон. — Подумаешь, от стены жар идёт, так может, оно к добру, а ты так с ней строго.

— К добру иль нет, а думать сначала надо, прежде чем что-то делаешь, — наставительно произнёс князь и, вскочив на коня, гордо удалился.

Ни к каким Бобрам Ульяна уже не пошла. Слишком много впечатлений.

— Веди меня к моему милому, славному домику! — велела она Карлушу и дожала его.

Собственно, она и без него дорогу к домику нашла бы. Надо было только вернуться к терему, и оттуда уже она точно не заблудилась бы.

Возле дома суетились рабочие. Весь двор был завален камнями и мусором. Ульяна заметила вырытый котлован и, ничего не понимая, вернулась в терем.

Шла в покои под насмешками местных куриц. Они ей не забыли ещё промашку с бамбуком, а теперь вот у города появилась горячая стена. Как так вышло, она не знала. Надо будет после спросить.