Книга Синдром убийцы. Комплект из 4 книг, страница 295 – Алекс Михаэлидес, Майк Омер, Лиз Ньюджент, и др.

— Идите к дьяволу.

— Хочу заметить, что я не упомянул в статье кое-какие подробности, которые вы, вероятно, предпочли бы скрыть.

— Например?

— Например, вашу теорию, что серийный убийца в Чикаго – это серийный убийца из Мейнарда. Или тот факт, что по каким-то причинам в момент, когда стреляли в Джеффри Олстона, на вас были только трусики.

Зои стиснула зубы.

— Вы можете написать эту книгу вместе со мной. За вами будет последнее слово на все факты, которые мы туда вложим. Или я могу написать книгу о профайлере, который отвлекает своими сиськами убийцу. Это исключительно ваш…

Вскипев, Зои бросила трубку. Пытаясь успокоиться, она переложила рис из вока на тарелку и налила себе бокал красного вина. Потом пошла в гостиную и уселась в кресло с тарелкой и вином. Она включила музыку. В стереосистеме стоял альбом Бейонсе «I Am… Sasha Fierce». Зои пропустила If I Were a Boy и перешла сразу к Halo. Когда музыке начали аккомпанировать ритмичные хлопки, сделала глоток вина и начала от удовольствия раскачиваться в такт. Песни Бейонсе захватывали ее, это точно. Она отправила в рот ложку риса и закрыла глаза. Послевкусие вина расцвечивало имбирь и рис, а Бейонсе пела только для нее.

Кто-то позвонил в дверь. Зои раздраженно поставила тарелку и бокал на столик и пошла к двери.

Посмотрела в глазок. Мужчина в форменной одежде курьера.

— Да?

— Вам письмо, мэм.

Зои открыла дверь и взглянула на коричневый конверт в руке курьера. Сердце ее упало. Она расписалась за письмо.

— Вы знаете, кто его отправил?

— Нет. Я получил его в центральном…

— Угу. – Она уже пыталась пройти этим путем – и всегда оказывалась в тупике.

Зои закрыла дверь и посмотрела на конверт. Может, на этот раз она покажет письмо Тейтуму. Может, они вместе займутся расследованием. Эта мысль заставила ее улыбнуться, и конверт внезапно стал совсем не таким страшным. Она разорвала его. Конечно, серый галстук.

Внутри было что-то еще. Глянцевый бумажный прямоугольник. Зои с трепетом вытащила его.

Она смотрела на фотографию, а по ее спине полз ужас.

«Какой-то парень сегодня остановил меня на улице и спросил, не моя ли ты сестра. Попросил сфотографироваться со мной».

С распечатанного селфи на нее с улыбкой смотрела Андреа; ее рука обнимала за плечи ухмыляющегося Рода Гловера.

Эта, как и все прочие мои книги, никогда не была бы написана без поддержки моей жены, Лиоры. Когда я прервал разговор об образовании наших детей вопросом, достаточно ли гибки, по ее мнению, забальзамированные тела, чтобы им можно было придавать разные позы, она не вздрогнула и не стала искать юриста, специализирующегося на разводах. А вместо этого устроила со мной мозговой штурм. Вместе мы улучшили эту историю. И только потом вернулись к разговору о наших детях. Сюжет этой книги был продуман во время нашего отпуска, и Лиора тогда провела много времени за обсуждением серийных убийц.

Кристин Манкузо снабдила меня бесценными замечаниями, которые помогли сделать эту книгу острее и притягательнее. Она постоянно твердит мне, что читатели должны переживать события книги через персонажей, и всегда указывает на те фрагменты, где мне это не удалось. Однажды я научусь.

Элейн Морган боролась с редактурой первого черновика этой книги, с его бесконечными грамматическими ошибками и дырами в сюжете, – и победила.