Книга Всего лишь спор, страница 54 – Арина Вольская

Сомаров вновь вторгся в мои мысли, разрушая такую приятную апатию. То, как он вел себя со мной. То, как смотрел. Он никогда не станет моим.

Я почувствовала укол зависти. Доброй зависти. Мне хотелось того же, но в то же время я была рада за Лешу и Наташу. Он её так держал, как будто она что-то самое ценное и хрупкое в его жизни. А она была просто счастлива, отдавая свою любовь.

Я не заметила, как по щекам вновь потекли слезы. Лишь почувствовала соленый привкус на губах.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я поспешила уйти, надеясь, что они меня не заметят. Я шла так быстро, как могла. От Солдатова, от его девушки, и от их счастья. Стало так горько. Так больно. Снова.

Но на этот раз все было более терпимо. Я старалась взять себя в руки, и не давала эмоциям завладеть собой. Я должна бороться, должна все это пережить. Пусть Сомаров и сломал меня, но у меня есть еще достаточно времени, чтобы склеить себя, и сделать вид, будто я целая.

Когда я вернулась домой, слезы высохли, а на часах была половина третьего. Мама тут же возникла на пороге.

— Алина? Ты где была? С тобой все в порядке? — обеспокоенно начала она, помогая мне снять пуховик.

— Я просто гуляла, — выдавив из себя улыбку, я заставила себя вспомнить, что у меня еще есть семья. Что бы там со мной не сделал Сомаров, а это самые дорогие мне люди, и их не следует забывать.

— Пошли кушать, — вздохнула мама. По её взгляду было понятно, что она обо мне все еще беспокоится. Она видела, что со мной не все в порядке. Конечно, сложно не заметить, что твоя дочь выглядит сломанной.

— Пошли, — кивнула, всеми силами заставляя сосредоточиться на семье.

Помыв руки, я уже с более правдивой улыбкой вошла на кухню. Владик уже сидел за столом, уплетая суп. Я присоединилась к нему.

— Что нового в университете? — беззаботным голосом поинтересовалась мама, моя посуду. Я опустила ложку обратно в тарелку, прикусив губу. Мамин план мне был вполне понятен. Только я не была готова говорить по душам. Слишком больно. Мне и так требовалось слишком много сил, чтобы вот так просто сидеть за столом, и делать вид, что все хорошо.

— Все по-прежнему, — пожала плечами. Аппетит пропал полностью. Сомаров сволочь, но я справлюсь со всем. Я же сильная. Мне есть ради чего бороться. Ради мамы, ради Владика. Это сейчас самое главное. Вернусь в общагу, сяду за работу. Справлюсь.

— Наверное, кавалеры появились? — как бы невзначай спросила она. Вот только взгляд оставался обеспокоенным, а движения были слишком дергаными.

— Нет никаких кавалеров, — тихо отозвалась я, и вскочила. — Спасибо за обед, было очень вкусно, — и поспешно покинула кухню.

Я сказала правду. Нет никаких кавалеров. Сомаров всего лишь поспорил на меня. Я для него игрушка. Как точно это подметил Леша.

— Алиночка, ну что случилось? Тебя кто-то обидел? — мама вошла в комнату следом за мной, обняв меня, стоящую напротив окна, за плечи.

— Мам, не беспокойся обо мне, я справлюсь, — вздохнула я, повернувшись к ней лицом. — Все хорошо, иди к Владику.

— Ты изменилась, — с сожалением отозвалась родительница. — Столица всех меняет, — тихо пробормотала она, отворачиваясь. — Но, если не хочешь рассказывать — это твое право. Расскажешь, когда сможешь, — сказала напоследок, и оставила меня одну.