Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 52 – Арина Вольская

— Красиво, — сказала Элиан, глядя на закат.

— Что? — не поняла Тисса.

— Небо, — ответила Элиан. — Красивое. Как в день моей смерти.

Тисса побледнела.

— Не говорите так, госпожа, — попросила она. — Вы будете жить долго. Я буду за вами ухаживать.

— Обещаешь? — спросила Элиан.

— Обещаю, — кивнула Тисса.

Элиан улыбнулась.

— Тогда пошли. Мне нужно отдохнуть перед завтрашним днём.

В комнате было темно.

Тисса задернула шторы, зажгла свечу, помогла раздеться и уложила в постель.

— Принести вам чего-нибудь? — спросила она. — Чаю? Молока?

— Молока, — сказала Элиан. — Тёплого. С мёдом.

— Сейчас.

Тисса выбежала.

Элиан осталась одна.

Она смотрела на потолок, где паучок ткал свою бесконечную паутину, и думала о Дариане.

О том, как он там, в своей темнице. Голодный ли? Холодно ли ему? Скучает ли он?

— Я приду завтра, — прошептала она. — Обязательно приду.

Нить на пальце пульсировала — тепло, ровно, успокаивающе.

— Ты слышишь меня? — спросила она.

Ответа не было.

Но нить продолжала греть.

Утром Элиан проснулась от того, что кто-то настойчиво тряс её за плечо.

— Госпожа! Госпожа, проснитесь!

Тисса. Испуганная, растрёпанная, с пятном муки на щеке.

— Что случилось? — спросила Элиан, садясь на кровати.

— Его светлость Аэрон прислал за вами! Сказал, что это срочно!

— Срочно? — Элиан посмотрела в окно. Солнце только вставало — небо было розовым, с золотыми краями. — Что могло случиться в такую рань?

— Не знаю, госпожа, — Тисса уже подавала ей халат. — Но он сказал, чтобы вы пришли немедленно.

Элиан встала, накинула халат и вышла в коридор.

Аэрон ждал её в малой гостиной — той самой, где они обычно занимались. Он стоял у окна, повернувшись спиной к двери, и смотрел на сад. Плечи напряжены, руки сцеплены за спиной.

— Вы хотели меня видеть, — сказала Элиан, закрывая за собой дверь.

Аэрон обернулся.

Его лицо было спокойным — слишком спокойным. Но глаза… в глазах металось что-то. Беспокойство? Нет, скорее… подозрение.

— Вчера после освящения вы ушли не одна, — сказал он. — С вами была служанка.

— Тисса, — кивнула Элиан. — Она помогала мне дойти до комнаты.

— Она говорила, что вы смотрели на небо и сказали: «Красивое. Как в день моей смерти».

Элиан внутренне сжалась, но лицо не дрогнуло.

— Это была шутка, — сказала она. — Чёрный юмор. Святым иногда свойственно.

— Святым свойственно умирать, — сказал Аэрон. — Но не шутить об этом.

— Я не обычная святая, — ответила Элиан. — Вы сами говорили.

Он подошёл ближе.

— Вы что-то скрываете, — сказал он. — Я чувствую.

— Каждый что-то скрывает, — ответила Элиан, глядя ему прямо в глаза. — Даже вы.

Он замер.

— Что вы имеете в виду?

— Ничего, — она улыбнулась. — Просто мысли вслух.

Он смотрел на неё долго, изучающе, будто пытался прочитать мысли.

— Берегитесь, Элиан, — сказал он. — Богиня не прощает лжи.

— А я и не лгу, — ответила она. — Я просто не говорю всей правды.

Она развернулась и вышла из гостиной, оставив его одного.

Вернувшись в комнату, Элиан села на кровать и закрыла лицо руками.

— Что я делаю? — прошептала она. — Зачем я это сказала?

Тисса, которая ждала её с завтраком, замерла у двери.

— Госпожа? — робко спросила она. — Всё в порядке?

— Всё отлично, — ответила Элиан, поднимая голову. — Просто… я устала. Устала лгать. Устала притворяться. Устала быть той, кем меня хотят видеть.