Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 29 – Арина Вольская

— Я не обычная святая, — пожала плечами Элиан.

— Это я уже понял, — он посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом. — Но я до сих пор не понял — почему.

— Почему — что?

— Почему ты помогаешь мне. Не говори про союзника. Я видел союзников. Они приходят с контрактами, с условиями, с клятвами. А ты приходишь с хлебом. И книгами. И сидишь здесь часами, хотя могла бы просто приносить еду и уходить. Почему?

Элиан замолчала.

Она знала ответ. Но сказать его вслух было страшно.

Потому что если она скажет — он поймёт, что она слаба. Что она не просто «хитрая святая», которая использует его для мести. Что она — человек. Который видит в нём не монстра, а такого же изгоя, как она сама.

— Потому что я знаю, каково это — быть в клетке, — наконец сказала она.

— Ты была в клетке?

— Была, — ответила Элиан. — Два года. Невидимой. Из улыбок, лжи и обещаний, которые никто не собирался выполнять.

Дариан смотрел на неё, не мигая.

— И кто тебя выпустил?

— Никто, — сказала она. — Я выпустила себя сама. И заодно — тебя.

Они помолчали.

В подземелье было тихо. Только капала вода где-то далеко — кап, кап, кап — и шуршали крысы за стеной.

— Знаешь, — сказал Дариан, нарушая тишину, — когда меня только заточили, я думал, что это ненадолго. Что мои друзья придут, сломают печать и выпустят меня. Я ждал год. Потом десять. Потом сто. Потом перестал ждать.

— А потом я пришла, — сказала Элиан.

— А потом пришла ты, — согласился он. — С хлебом и книгой рецептов.

— И с предложением, от которого нельзя отказаться, — напомнила она.

— Ты о сделке?

— О ней.

Дариан откинул голову назад, прислонившись затылком к кристаллу.

— Я помню, — сказал он. — Ты помогаешь мне выжить и набрать силу. Я помогаю тебе уничтожить всех, кто тебя предал. А потом — разбегаемся.

— Именно.

— И что ты хочешь уничтожить?

Элиан провела пальцем по полу, рисуя невидимые узоры в пыли.

— Аэрона, — сказала она. — Лионель. Отца. Жрецов, которые знали и молчали. Всех, кто смотрел на меня как на пустое место, а потом как на расходный материал.

— Много имён для одной девушки, — заметил Дариан.

— Я целеустремлённая, — усмехнулась Элиан.

— И что ты получишь, когда они исчезнут?

— Свободу.

— А потом?

— А потом — не знаю, — честно ответила она. — Может, открою кофейню. Или школу для бывших святых.

Дариан улыбнулся.

Улыбка у него была редкой — уголки губ поднимались медленно, будто он забыл, как это делается. Но когда он улыбался, его лицо менялось. Становилось почти красивым. Не кукольно-красивым, как у Аэрона, а живым. Настоящим.

— Ты странная, — сказал он.

— Ты уже говорил.

— Я знаю. Но хочу повторить.

Элиан достала из сумки пирог.

Настоящий, с яблоками, который испекла сегодня утром на кухне, пока Тисса отвлекла кухарку разговором о новом платье королевы. Пирог ещё был тёплым — маслянистая корочка блестела в тусклом свете, из-под неё сочился янтарный сок с корицей.

— Я принесла тебе пирог, — сказала она, просовывая его через решётку.

Дариан замер.

Он смотрел на пирог так, будто перед ним было не угощение, а чудо. Будто сама богиня спустилась с небес и протянула ему дар.

— Ты… испекла? — спросил он хрипло.

— Я, — кивнула Элиан. — Не смотри на меня так, будто я воскресила мёртвого. Это просто пирог.

— Для тебя — просто. Для меня — больше, чем ты можешь представить.