Книга Моя единственная религия: Грех для Верховного, страница 88 – Аматариэль Джулианна Кортес

Я подалась вперед, скидывая меховой плащ с плеч, и спустилась с трона, падая на колени прямо перед ним на холодный обсидиан.

— Встань, — я обхватила его лицо дрожащими ладонями, заставляя смотреть на меня. Слезы катились по моим щекам, но я улыбалась. — Мне не нужен раб, Хаоян. Мне не нужен жрец. Мне нужен ты, равный мне.

Я прикоснулась своим лбом к его лбу, смешивая наше дыхание.

— Если это королевство — наше, мы будем править им вместе. Рука об руку. Как император и императрица теней. Ты слышишь меня?

Он судорожно выдохнул, закрывая глаза. Мои слова, отрицающие его покорность и возвышающие его до равного, стали тем бальзамом, в котором его истерзанная предательствами душа нуждалась больше всего на свете.

Его руки метнулись вперед, железной хваткой обнимая меня за талию, прижимая к своей груди с такой силой, словно я могла раствориться в воздухе. Он уткнулся лицом в мою шею, вдыхая мой запах.

— Вместе, — хрипло подтвердил он, и в этом звуке была заключена вся вечность. — До конца времен.

Мы остались сидеть на обсидиановом полу у подножия пустого трона, сплетенные в объятиях, не желая отпускать друг друга ни на мгновение. Защитный купол Дворца Темного Лотоса надежно укрывал нас от ядовитых туманов и гнева праведного мира.

* * *

POV Цзян Хаоян

Вечером того же дня я стоял на одном из восстановленных балконов дворца, вырезанном прямо в отвесной скале. Внизу, скрытые густым багровым туманом, простирались бескрайние Пустоши Забвения.

Я чувствовал их.

Там, далеко за границей моего купола, где мертвая земля переходила в зеленые леса праведников, пульсировала светлая энергия. Они стянули тысячи людей. Их духовные корабли висели в воздухе, словно рой назойливой мошкары, освещая границу своими формациями.

Старейшина Линь был мертв, но клан Цинъюнь возглавил кто-то другой, столь же слепой и глупый. Они боялись войти в туман, но и уйти не могли, скованные страхом перед тем, что может выползти из этих земель, если дать мне время.

Они надеялись взять нас измором. Они думали, что в мертвых землях нет пропитания, нет ресурсов для выживания.

Они не знали, что мне больше не нужна была еда смертных. Энергия, которую я черпал из жилы Пустошей и из связи с Кирой, была неисчерпаема. И я обеспечу ее всем необходимым, даже если для этого мне придется по капле выцеживать жизнь из окружающего мира.

Ветер принес едва уловимый звон колоколов из лагеря светлых кланов. Звук, который когда-то наполнял мое сердце покоем, теперь вызывал лишь холодное раздражение.

— Хаоян?

Я обернулся.

Она стояла в арке балкона. В своем темно-бордовом платье, босая, с распущенными волосами, она выглядела как воплощенное божество сумерек. Мое божество. Ее глаза, в которых больше не было страха, смотрели на меня с абсолютным доверием и любовью.

— Тебе не холодно? — я мгновенно оказался рядом, накидывая на ее хрупкие плечи меховой плащ, и притянул ее к себе, пряча от резкого горного ветра.

— С тобой — нет, — она прижалась ко мне, кладя голову на мое плечо, и проследила за моим взглядом, устремленным во тьму за барьером. — Они все еще там?

— Пусть сидят, — я поцеловал ее в висок, поглаживая рукой по спине. — Они не посмеют сунуться внутрь. Их жалкие артефакты рассыплются в прах от одного прикосновения к моему щиту.