Книга Укуси меня, страница 108 – Пенелопа Барсетти

— Одевайся. Я отведу тебя к лошади.

Лариса поднялась на ноги и посмотрела на меня, словно ей нужно было многое сказать, но у нее не находилось слов.

Я не был уверен, когда это случилось. Когда мы превратились из спящих вместе врагов во…во что бы то ни было. Это было сложно. Она переживала за меня, хотя не должна была. Я переживал за нее, хотя она изначально служила лишь для определенной цели. Но вот до чего мы дошли.

Она надела доспехи и плащ, взяла меч и кинжалы и вышла со мной. Мы прошли по секретной тропе за городом, где к дереву была уже привязана оседланная лошадь, жующая траву.

— Все необходимое уже упаковано. Еды и воды немного, поэтому расходуй запасы аккуратно.

Я отвязал лошадь от дерева и поправил ей поводья.

— Иди на юго-восток, обогни самую большую гору, там увидишь водопад. Ты его не пропустишь. Жди там, пока не придет Клык. Я передам ему, где тебя найти.

Она смотрела на меня взволнованными глазами, как будто не услышала ни слова, из того, что я сказал.

Я старался сделать все идеально, но становилось только хуже.

— Я не могу оставить тебя…

— Можешь.

Я повысил голос, чтобы опровергнуть эту нелепую мысль.

— Я не смогу делать то, что должен, если буду все время беспокоиться о твоей безопасности. Если ты хочешь, чтобы я выжил, отвлекать меня нельзя.

Она глубоко вздохнула, и на ее глазах выступили капельки слез. К счастью, она была слишком горда, чтобы позволить им упасть.

Я не смог бы с этим справиться.

— Я боюсь…

— Бояться нечего.

— Ты бы не отослал меня, если бы не боялся худшего.

Она была слишком умна, что было ей на пользу.

— Я осторожен, вот и все.

— Ты врешь.

Я изо всех сил старался отгородиться от своих мыслей, но она каким-то образом прорвалась в них вновь.

— Не забывай, кто я. Король вампиров и повелитель тьмы. Ты сама сказала, что хотела бы, чтобы мы стали пылью на ветру.

Ее глаза наполнились слезами, как будто я дал ей пощечину.

— Сказала, что ненавидишь меня. Ненавидишь наш вид и всегда будешь ненавидеть.

Она тяжело дышала.

— Возможно, твое желание исполнится. – Я обошел лошадь и приготовился помочь Ларисе подняться. – Пора идти.

Она осталась стоять, не глядя на меня.

— Лариса.

Наконец, она повернулась и посмотрела на меня.

Я протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

Ее глаза были прикованы к моим:

— Пожалуйста, не умирай.

Жгучий жар разлился по всему моему телу, когда я увидел, как искренне вспыхнули ее глаза, когда она произнесла эти слова. Я не мог читать мысли, но прямо сейчас я мог прочесть ее сердце.

Она подошла ко мне и обняла, прижавшись щекой к моей груди.

Я держал руки по бокам, а она схватилась за меня, пока я пытался, насколько было возможно, облегчить расставание.

Но она осталась стоять.

Она стояла, пока я не заключил ее в свои объятия и не прижал к себе, наклонив голову к ее лбу. Мои пальцы впились в ее волосы, и я почувствовал, как ее маленькая грудь поднимается и опускается от волнения.

Теперь мне не хотелось ее отпускать.

Никогда.

Наконец она отодвинулась и без моей помощи влезла в седло. Не глядя на меня, она схватила поводья, пнула лошадь и поскакала. Как я и наказал, она направилась на юго-восток, не оборачиваясь.

Оставался час до сумерек.

Мы были максимально подготовлены к предстоящей атаке. Ближе всего к месту действия располагались те, кто пил кровь Ларисы. Пушки были заряжены. Жаровни горели.