Книга Укуси меня, страница 107 – Пенелопа Барсетти

— Всего пятьдесят наших лучших бойцов. И совсем немного крови.

Вайпер кивнул.

— Могу ли я быть одним из пятидесяти?

Кингснейк колебался, прежде чем дать свое разрешение.

— Да.

— Когда закончите, отведите ее в мои покои и убедитесь, что она сыта. Ей нужно будет поспать несколько часов перед уходом.

— Хорошо.

Кингснейк не взглянул на меня, прежде чем уйти, но я чувствовала его отчаяние. По мере того, как он уходил, оно становилось все слабее и слабее, пока не исчезло совсем.

Вайпер повернулся ко мне.

— Ты готова?

— Ты будешь здесь все время?

— Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, ради моего брата.

— Я знаю…

— Тогда ложись. Я буду первым.

Я глядел на долину со смотровой башни, ожидая предвестников битвы. Эта война стояла у нашего порога. Я знал, что до наступления темноты ничего не увижу, но мне нужно было сосредоточиться на чем-то, помимо ужаса, который я чувствовал в тот момент.

Остальные подготовили пушки и укрепили ворота, ожидая появления тварей, которые могут наводнить наш город. Приказ был отдан, и теперь оставалось только ждать.

Я услышал шаги за спиной.

— Она отдыхает в твоей постели.

Я не обернулся, потому что не был готов увидеть новый цвет его глаз.

— Она поела?

— Да.

Все закончилось, но мне все равно было плохо.

— Тебе пришлось убить кого-нибудь?

— Их больше беспокоит армия, которая марширует к нашим границам. Каждый готов служить тебе в этой битве.

Я медленно выдохнул, испытывая облегчение, что никто не попытался взять больше положенной доли.

— С ней все в порядке, Кингснейк.

— Ты не понимаешь…

Он подошел ко мне и вместе со мной взглянул на крепостные валы:

— Я знаю, что тебе было трудно, но ты все равно решил поставить нужды своего народа выше собственных. Вот почему я служу тебе – не потому, что ты мой брат, а потому, что ты великий король.

* * *

Я стоял у кровати и смотрел, как она спит. Ее лицо вновь порозовело, и она обняла подушку рядом с собой, будто это был я.

Ее шея была покрыта следами от укусов, и ни один из них не был моим.

Я потянулся рукой к ее волосам и положил их на шею, чтобы скрыть следы.

От прикосновения она открыла глаза и уставилась на меня, пытаясь осознать реальность.

— Все кончено.

Она несколько раз моргнула, прежде чем сесть.

— Как ты себя чувствуешь?

— Отлично.

Ее голос был хриплым, словно она спала всю ночь, а не несколько часов.

— Ты еще хочешь есть?

— Нет…

Она провела пальцами по волосам и еще несколько раз моргнула, затем посмотрела на меня.

— Будто дурной сон.

Больше похоже на кошмар.

— Я бы позволил тебе поспать… но тебе пора идти.

— Идти?

— Пока еще светло. Когда стемнеет, тебе придется спрятаться, пока Клык не присоединится к тебе.

Сон наконец опал с ее глаз, когда она осознала ситуацию.

— Не думаю, что смогу оставить тебя…

— Сможешь.

— Что, если…

Она не могла заставить себя произнести это.

— Значит, такова моя судьба.

— Ты говоришь, что хочешь жить вечно… но ты не боишься умереть.

— Есть вещи, ради которых стоит умереть.

Она опустила наполненные печалью глаза.

— Ты будешь прятаться вместе с Клыком. Когда станет безопасно, он сопроводит тебя на восток.

— Куда это – на восток?

— Он все объяснит, если потребуется.

Я встал с кровати.

Лариса откинула одеяло, и на ней по-прежнему была форма без доспехов.