Книга Узник, страница 37 – Максим Мацель

— Вы просто поразили меня, доктор. Теперь я буду следовать вашим советам, как молитве.

— Я рад. У графа Лопухина подобные проблемы с ногами. Пока он в Петербурге и под моим присмотром, он порхает, словно… бабочка. Но стоит ему только уехать в свою Вологодскую губернию и начать кушать это молоко, – доктор скривился, – эту сметану, творог и еще черт знает что, то сразу походит на дряблого старика и не может и шагу ступить без трости.

— Пожалуй, я навещу вас снова, герр Либниц. Ближе к лету.

— Как вам будет угодно. Не смею задерживать, мой дорогой.

Стас отдал совершенно скромную, по его разумению, сумму за визит и направился к карете, обдумывая странные несовпадения между словами Либница и Щеглова. Как выглядевший, словно живой труп, Краузе мог быть фаворитом Ольги? Оставалось нанести последний визит.

— Это же Английская набережная и тот самый дом! – чуть не задохнулся от возмущения Щеглов.

— Не канючь, Иван! Все равно сделаю по-своему. Лучше уж поступай, как накажу, тогда больше шансов целыми остаться.

— Советник меня разжалует и выкинет со службы. Нет, – обреченно опустил голову Щеглов, – он меня съест… живьем, с потрохами.

— Я уже Захару все растолковал. Ждать меня будете дальше по улице. Готовность полная. Полчаса, Иван! Если за полчаса не управлюсь, тогда воротите назад к советнику. Чтобы за это время из кареты ни ногой. Я вскочу на козлы, и пулей улетим. Если ты подышать свежим воздухом удумаешь или еще где задержишься, ей-богу, одни без тебя в Варшаву махнем. Вот тогда Михайло Иванович тебя точно сожрет.

Ждать Ольгу пришлось недолго. Спустя несколько минут, как Стас представился лакею и тот исчез у хозяйки с докладом, сверху послышалось шуршание платья и столь желанный голос:

— Стани? Вот так сюрприз! Проходите в мой кабинет.

— Ольга, я всего на несколько минут, – произнес Стас, когда они остались одни.

— Знаю. Вот-вот брат должен появиться. Я думала, что это он, когда о вас доложили. А вы и вовсе свою жизнь ни во что не ставите! Валериан не на шутку на вас рассердился, жаждет сатисфакции и упорно разыскивает вас по всему Петербургу. Где же вы были? Мне и самой не удалось вас найти, а я, уверяю вас, умею находить нужных мне людей.

В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошел высокий, прекрасно сложенный джентльмен. То, что был это именно джентльмен, Стас догадался сразу.

— Ольга, my dear!^[30] Где же твой брат? Я должен скоро ехать!

— Чарли, он скоро будет! Оставь нас на несколько минут. Это пан Станислав. У него ко мне дело.

Стас с интересом разглядывал английского посланника в Петербурге Чарльза Уитворта. Значит, слухи не врали. Этот англичанин, от которого Ольга была без ума, настолько обнаглел, что уже просто-таки поселился в ее доме, пока муж с детьми пребывали в имении. И что еще больше огорчило шляхтича, так это то, что слухи не врали и насчет внешности Уитворта. Таких красивых и мужественных мужчин Стасу раньше встречать не приходилось. Посол был одет в домашний халат и тапочки на босу ногу. Жеребцова заметила искру, промелькнувшую во взглядах обоих мужчин, и довольно улыбнулась. Уитворт в раздражении удалился.

— Ольга, я уезжаю в Варшаву. Прямо сейчас. Я заехал, чтобы попрощаться.

— Вы вернетесь?

— Обязательно. Самое позднее в конце весны.