Книга Узник, страница 24 – Максим Мацель

— Только б все тихо прошло, – вздохнул Щеглов. – Ладно бы с утра поехали. А то на ночь глядя.

На место прибыли уже в сумерках. Дом Загорского был небольшим, довольно симпатичным и располагался в хорошем месте – не на самой богатой, но вполне респектабельной улице. Понаблюдав какое-то время из экипажа, Стас не мог отделаться от ощущения, что тут давно никто не живет. Несмотря на ярко горящее окно, двор обладал едва уловимыми, но несомненными признаками запустения.

— Подай-ка вперед немного, – приказал Стас Щеглову. – Не мозоль глаза. Я один пойду. Если за час не обернусь, зови на помощь.

Оставив испуганного и озадаченного помощника, Стас выскочил из кареты и, быстрым шагом перейдя улицу, ловко перемахнул через забор. Пытаясь незаметно обойти дом, он напоролся на хлам, которым был привален старый колодец, и негромко чертыхнулся. Стас затих, соображая, услышали ли поднятый им шум в доме. Спустя несколько минут, уверившись, что все спокойно, он подошел к окнам, что выходили на задний двор. Поскольку свет горел только со стороны фасада, Стас решил, что попробует проникнуть в дом со двора. Ему впервые приходилось вот так тайно пробираться в чужое жилище. Он и сам не мог понять, почему вдруг отказался от первоначального плана просто постучать в дверь. Впрочем, все окна оказались запертыми, и теперь Стас решал, что делать дальше. Только дальше он сделать ничего не успел. В спину ему уперлось ружье, и послышался звук взводимого курка.

— А ну, замри! Смотри не балуй у меня!

— Прошу меня… – начал было Стас, пытаясь повернуть голову.

— А ну, цыц, гаденыш! Не то пальну в бочину! Ты один?

— Один.

— Ну и дурак, что один! Топай вперед.

— Я к пану Загорскому, пше проше.

— Ты что, поляк? – смутился незнакомец.

— Поляк! Пан Станислав!

— Ты что, ополоумел, пан Станислав? Я же думал, ты из лихих людишек. Чуть дырку в тебе не сделал. Пошли-ка в дом! – Мужчина опустил ружье.

— А пан Загорский дома?

— Что-то не похоже, что ты друг пана Загорского, – проворчал незнакомец и снова наставил ружье на Стаса. – Топай давай! Руки до горы подними, поляк!

Стас соображал, как избавиться от неожиданно появившегося конвоира, однако тот все время держал дистанцию; очевидно, в свое время он служил в армии. По голосу Стас определил, что ему явно за пятьдесят. Стас вел себя покорно, надеясь заставить охранника расслабиться и потерять бдительность. Так и случилось. У самой двери тот непозволительно сблизился с ним, и Стас, резко повернувшись, выбил ствол из рук незнакомца, вторым ударом в голову повалив его на землю. Стас быстро втянул в дом потерявшего сознание старика и уложил его на кресло. Он оставил его лежать, а сам проверил близлежащие комнаты, достав свой терцероль. Дом оказался пустым. Вернувшись в гостиную, он начал приводить мужчину в сознание.

— Теперь твоя очередь не дурить, отец, – примирительным тоном произнес Стас, с многозначительным видом указывая на свой пистолет, и показательно убрал его в карман. – Ты уж не обессудь, что я тебя приложил.

— Ах ты ж… сука польская! – в сердцах просипел старик, обхватывая руками гудевшую от удара голову.

Стас рассмеялся. Раз матерится, значит, скоро отойдет.

— Не со зла я! Сам же первый мне свою дуру в бок ткнул.

— Так ты ж, как тать, в дом залезть собрался. Поди разбери, что ты за гусь.