Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №3, страница 97 – Сергей Изуграфов

Между 9:00 и 9:20 утра 29 августа в одном из хранилищ на базе Инджирлик группа военнослужащих ВВС США начала подготовку указанных ракет к установке на бомбардировщик. На двух ракетах ядерные боезаряды были заменены на учебные боевые части, на остальных были — как позднее будет указано в рапорте — «по ошибке» установлены боевые части W80 с термоядерным зарядом изменяемой мощности 5—150 килотонн.

Личный состав, занимавшийся инспекцией ракет перед их отправкой, по неизвестным причинам пренебрёг рядом проверок, в результате чего осталась незамеченной замена двух учебных ракет ракетами с термоядерными боеголовками, предназначавшимися для утилизации.

Около 10.00 часов утра в хранилище прибыл расчёт тягача, который без предварительной инспекции и без уточнения факта инспектирования ракет начал их буксировку к самолёту. Управление военного имущества авиабазы также не выявило факт того, что ракеты не были проверены должным образом, и в 10:25 подписало документы на погрузку ракет. Установка ракет на самолёт продолжалась около восьми часов.

Утром 30 августа один из членов экипажа B-52 «Стратофортресс» — оператор бортовой РЛС — произвёл тщательный визуальный осмотр лишь пилона под правым крылом, на котором находились ракеты с учебными боевыми частями. После этого экипажем был подписан грузовой манифест, в котором значились четыре неснаряжённые ракеты Эй-Джи-Эм 86 Аль-Кам.

Осмотр ракет на пилоне левого крыла экипажем не проводился.

Командир экипажа визуальный осмотр самолёта не проводил.

В 8:40 утра самолёт взлетел с авиабазы Инджирлик и взял курс на северо-запад.

В 9:12 командир экипажа B-52 «Стратофортресс» доложил о потере части «груза» над Кикладскими островами вследствие «самопроизвольного срабатывания механизма пилона».

В 9:32 о потере было доложено на Центральный Командный Пункт Министерства обороны США, а далее — начальнику штаба ВВС, министру обороны и президенту США.»

— Бред! — с чувством произнес Смолев и в сердцах бросил распечатку на стол.

Из «Ядерного досье» Интерпола:

«10 марта 1958 года. США, город Флоренс.

Бомбардировщик В-47 при перелете с авиабазы в штате Джорджия на зарубежную авиабазу случайно сбросил за борт ядерную бомбу, которая упала в малонаселенном районе в 6 милях к востоку от города Флоренс. Её обычный заряд взорвался при столкновении с землей. На месте взрыва образовалась воронка глубиной десять метров и диаметром двадцать. Был поврежден частный дом. Ранение получили шесть его жителей. Кроме того, были частично разрушены пять домов и церковь…»

Срочные дела вызвали генерала Интерпола в Афины: в министерстве требовали отчета о проделанной работе. Потерянный ядерный заряд переполошил всех в Правительстве Греческой Республики.

И их можно было понять, невесело усмехнулся Алекс.

Премьер-министр, вернувшийся накануне из отпуска, получив сообщение об аварии, назначил заседание на семь ноль-ноль утра следующего дня, и генерал Интерпола на ночь глядя спецрейсом вылетел в столицу, чтобы доложить министру о том, как идет расследование.

А может, и скорее всего, подумал Смолев, министр внутренних дел переложит на генерала ответственность и за завтрашний доклад главе Правительства, а сам будет за спиной главы Национального Бюро или согласно кивать, или удрученно качать головой, в зависимости от выражения лица премьера. Политики! И хоть Манну опыта в политических играх давно не занимать, генерал перед отлетом был зол как черт: время упускаем, время! Скоро счет может пойти уже не на часы, а на минуты.