Книга Спящая Красавица, подъём!, страница 72 – Анастасия Разумовская

Но почему тогда мне кажется, что если свернуть вот сюда, за раскидистый платан, мимо круглого шарика кипариса, то я увижу горбатый посеребрённый мостик с двумя парами мраморных кентавров по краям? Странное и пугающее чувство.

— Шиповничек, не трусь, — прошептала я себе. — Это иллюзия. Так бывает, когда кажется, что ты уже жил и был тут. Это просто… фантазия.

И, чтобы доказать себе, что ничего странного нет в действительности, я повернула направо к платану. Обогнула круглый вечно-зелёный шарик и замерла.

Мостик. Кентавры. Один юный, другой старик…

Я словно зачарованная прошлась по мостику. Пересекла аллею печали, спустилась по лестнице слёз, повернула мимо грота скорби и увидела её — высокую тёмную восьмигранную башню среди золотых яблонь, пламенеющих румяными плодами. Остановилась.

Вот она — моя цель.

Но почему я знала, что сейчас её увижу? Ведь старая служанка Игрейны, когда-то прислуживавшая во дворце, обрисовала мне совсем иной путь. Сердце стучало просто бешено. Я вдохнула по-зимнему морозный воздух, закрыла глаза.

— Ну же, — подбодрила себя. — Давай… какая разница, как я здесь оказалась? Разве не сюда я шла?

Да, надо торопиться. С такой пасмурной погодой стемнеет быстро, и Арман снова станет человеком. И, возможно, отправится меня искать, а мне… мне этого не нужно. Я решительно направилась к башне. И едва не споткнулась, увидев двух стражников. Замерла подстреленным зайцем.

Всё рушилось. Зачем тут стражники? Ах да, тут же ещё и тюрьма. Поворачивать обратно? Ну уж нет! Скажу им, что я в библиотеку. Если спросят. Главное — уверенность и решимость в лице. В худшем случае скажу, что не знала, что нельзя.

И…

Стражники меня не остановили. Я просто прошла меж них, распахнула дверь, вошла и захлопнула её. Вот что значит — верить и не сомневаться!

Две винтовые лестницы уводили наверх. Пустые латы сторожили подъём к двери напротив входа. Библиотека может быть как вверху, так и внизу, а вот узилище точно внизу. Надо ли мне туда? Конечно, нет. Рановато.

Успокоив дыханием сердце, я подхватила юбки и зашагала наверх.

Пока что всё складывается куда как замечательно. Я потянула тяжёлую дверь, вошла и снова застыла. У одного из шкафов спиной ко мне высилась чёрная худощавая мужская фигура в чёрной одежде. Бежать? Я было попятилась, но тут же себя одёрнула. Не затем я дважды миновала стражников, чтобы сдаться в последний момент. Может, рыцарь за сказками пришёл и сейчас уйдёт?

И я сделала шаг, открыла рот, чтобы ровным и величественным голосом произнести приветствие.

И тут вдруг он обернулся.

Чёрные глаза-угольки, немного вытянутое, скуластое лицо. Нос с горбинкой. Тёмно-русые, почти чёрные волосы до плеч. Узкие губы, словно вырезанные на лице. Надменные, властные. Приказам таких людей повинуются безоговорочно. Такие люди не колеблясь посылают полки на штурм, а осуждённых — на эшафот. И рост — высокий-высокий. Каланча, а не человек.

Шагнув ко мне едва ли не через полкомнаты, мужчина вдруг обнял меня длинными руками, притянул к себе и выдохнул:

— Наконец-то! Я соскучился.

— А…

Но договорить мне не дали. Жёсткие губы пленили мои страстным поцелуем, и жёсткие усы чуть защекотали кожу.

Его губы терзали мои губы, его руки прижимали меня к себе с твёрдой властностью человека, не сомневающегося в собственных правах. Поцелуй не был невинен, ох, нет! От него по всему телу растекались истома и огненная лава. И мне ничего не оставалось делать, кроме как обхватить мужскую шею руками и позволить играть на моей скрипке так, как музыкант того желал.