Книга Спящая Красавица, подъём!, страница 19 – Анастасия Разумовская

— Потом была ещё война, а затем ещё. И снова — война. С востока шли и шли новые орды. На севере пыталась отвоевать земли Родопсия. С запада от неё не отставали эрталийцы.

Потрескавшиеся губы щипало от соли.

— Какой у нас план? — грубо поинтересовался Люсьен. — Дождаться ночи, пробраться во дворец, задушить короля подушкой? Или там… кагана?

Дезирэ не ответил. Он остановил скакуна, поднялся в стременах, разглядывая ворота. Наши лошади шли бок о бок, и я тоже натянула узду. Оглянулась, всмотрелась в лицо жениха. Принц улыбался. Тёмные глаза поблёскивали. Мне стало жутко.

— Война — это отвратительно, — буркнул Люсьен, сидевший впереди.

— Да. Как и вся жизнь. Война — суть жизни. Та правда, которую вы упорно не хотите замечать.

С этими словами принц снова пришпорил усталого коня, и мы подъехали к воротам, перед которыми дежурили десятка два стражников. Уже давно миновал полдень. С юга дул пыльный ветер. И никто — ни крестьянин, ни торговец, ни ремесленник с его нехитрым скарбом — совсем никто, кроме нас, не пытался войти в оскал каменных ворот.

— Кто вы и что ищете в городе Великого Кагана? — просипел один из стражников и шагнул вперёд.

Трое из отряда нацелили на нас мушкеты. Говоривший прокашлялся, дёрнул правым плечом, освобождая его от плаща, и положил ладонь на эфес шпаги. У него были седые длинные усы, а подбородок топорщился топориком бороды.

— Моё имя — принц Дезирэ, — прямо ответил мой спутник. — Мы ищем смерти Великого кагана и хотим захватить его город.

Голубые глаза командующего стражей моргнули.

— Что? — переспросил он в недоумении.

— Смерти, — великодушно пояснил Дезирэ.

Стражники переглянулись. Командир насупил брови.

— За такие шутки вас вздёрнут на городской виселице…

— Достойная смерть за глупую шутку, — согласился Дезирэ и спрыгнул с коня. — Но я не шучу. Я объявляю войну кагану. Я приехал его убить.

— Он сумасшедший? — обернулся стражник ко мне.

— Да, — со вздохом ответил вместо меня Люсьен.

— Это не важно. Каган умрёт до захода солнца.

Десяток шпаг обнажилось, их клинки сверкнули по направлению к нам. Дезирэ обернулся ко мне, чуть поклонился и протянул руку, чтобы помочь сойти с коня.

* * *

Крысиная пара громко выясняла отношения. Я пыталась понять: где они прячутся. Неужели зубы грызунов способны прогрызть толстые каменные стены? Как вообще крысы обитают в тюрьмах, если здесь и пол, и стены — каменные?

Косой солнечный луч падал косым прямоугольником на грязный пол, покрытый подозрительными потёками. Совершенно не хочу знать их природу. Зачем я связалась с сумасшедшим? Это ж было очевидно с самого начала, что он не в себе. Нестерпимо зачесалась нога под кандалами. Я почесала туфлей другой икру чуть повыше, но чесотка не унималась.

И ещё этот Люсьен… Они оба сумасшедшие. Мальчишка, которого приковали к стене только за ноги, сидел в углу, обхватив колени и уткнувшись к них лицом. Он даже не пытался сопротивляться или как-то возражать и не казался напуганным.

Я сдула прядь волос с лица и спросила в очередной раз:

— И что дальше, Ваше высочество?

Нет, ну мало ли это какой-то хитрый план у принца?

— Убивать.

— Вот как? И каким образом? Цепями? Или, может, взглядом?

Он промолчал. Правильно воспитанные принцессы никогда не истерят, но… Ну нет, нет! Я вот этого так не оставлю. Я не для того просыпалась, чтобы меня казнили!