Книга Секрет актёрского мастерства, страница 108 – Инна Ласточка

Ксандр встал и подошёл к окну. Отодвинул полоску жалюзи, чтоб выглянуть на улицу.

— Театру Музы понадобится полуангел, а в правительстве давно пора установить равные права для всех магов. Мне тоже там нечего делать. Да и мой старый дом, — он обернулся и обвёл взглядом кабинет Огюстуса, — его давно пора оставить в покое. Пусть духи предков спят спокойно, нам больше не зачем их тревожить.

Огюстус провёл ладонью по лицу.

— Ваше право… Хорошо, на днях я сниму печать, предупредите других и, если они захотят пойти с вами, не отказывайте, — он тяжело вздохнул и покачал головой. — Грядут великие перемены. Я столько видел на своём веку, что, боюсь, в театре вам не спрятаться. Мир не оставит вас в покое.

Муза и Грей переглянулись, Ксандр улыбнулся и хлопнул в ладоши.

— Так будем жить сегодняшним днём, а с будущим как-нибудь разберёмся.

Грей хмыкнул.

— И лучшее, что мы можем сделать, это идти и жить свою жизнь.

Муза заметила в стекле шкафчика с папками и книгами отражение призрака Станиславского и улыбнулась ему. Впереди было ещё много работы, дел, побед и поражений, но всё это больше не тяготило и не пугало, а обещало прекрасное путешествие. Огюстус тоже встал, подошёл к Ксандру и по-дружески хлопнул его по плечу.

— Тогда в добрый путь.

* * *

Домой Муза вернулась за полночь. Здесь больше не было ни Эль, ни Грея, а вещи грудой лежали вокруг коробок и сумок — Муза собиралась переезжать на новое место, в свою новую жизнь. Дверь захлопнулась за её спиной, и сразу стало ясно, что в квартире кто-то есть. Муза стала настоящей меняющей реальность, и нити реальности, сама её структура, ощущалась, как нечто живое: конечно, это не было какими-то сверхспособностями, как в фантастических фильмах, это происходило скорее на уровне чувств, воображения и внутреннего самоощущения. Вот и сейчас кто-то всколыхнул в солнечном сплетении волну энергии, и Муза посмотрела в темноту коридора, чтобы тут же потянуться к выключателю — на фоне белой двери ванной стоял тёмный силуэт.

— Не включай, — попросил знакомый голос, и Муза вместо того, чтобы включить верхний свет, щёлкнула пальцами и зажгла огонёк на ладони. Живой, маленький, но достаточно яркий, чтобы осветить её собственное лицо.

— Что ты здесь делаешь, Адриан? — спросила она в темноту. Она его не боялась, она знала, что теперь ничья магия не сможет серьёзно навредить ей, но сердце всё равно сделало кульбит и провалилось в живот.

— Так значит, это правда, — невпопад произнёс он, — про фениксов. Ты вернула себе чувства…

— Да, и могу помочь тебе, если хочешь.

Адриан хотел. Муза знала это, чувствовала, но не верила, что он решиться на это.

— Муза, прости меня. Я… мне нет никаких оправданий, но я, как и все, не верил в свободу нашей магии, не понимал…

Муза поджала губы, убрала огонёк и, наконец, включила свет. Адриан не изменился. Та же чёрная одежда, та же серебристая маска, чёрные кудри.

— Мы ищем помещение для театра… Когда это случится, приходи вместе с Огюстусом, я помогу тебе.

— Ну да, — Адриан горько усмехнулся, — чтобы твои дружки и Огюстус сначала набили мне морду?

Муза улыбнулась.

— Это ваши проблемы. С Огюстусом и Ксандром у тебя, видимо, давнее знакомство, ты составишь им отличную компанию в драке. Они там из-за Миры повздорили. А Грей… ему нет до тебя никакого дела.