Книга Секрет актёрского мастерства, страница 106 – Инна Ласточка

Муза вздрогнула и ушла, но не сразу, а так, будто сделала нечеловеческое усилие, чтоб отойти от него, чтобы перестать чувствовать его руки, смотреть ему в глаза. Ксандр уже ясно видел, как магия разливается в ней, и надеялся, что Муза чувствует это в полной мере.

— А ты в романах своих не выдумывай жизнь, — Муза отошла к противоположному краю сцены и вышла за поле обзора камер, но через мгновение вернулась с тетрадью и ручкой в руках. — Живи. И магию не выдумывай. Она в твоих руках и повсюду. Вот и слова твои эти и есть уже магия, и тот самый подвиг, — она протянула тетрадь и ручку Грею, он принял их, сел за стол и погладил обложку тетради. — Писатель, Петь, — продолжила Муза, — это не только тот, кто пишет о великих битвах, сражениях и спасении мира, но и тот, кто умеет красоту мира передать, красоту обычной жизни, которая в сердцах читателей откликнется. Вот и вся магия.

Грей снова провёл рукой по тетради и раскрыл её на первой странице.

— Я думал, она чистая, — хмыкнул он, — а тут уже написано: «Начать с чая», — Грей поднял взгляд на Музу и хитро улыбнулся. — Тогда я кое-что допишу, — он быстро нацарапал ручкой то, что хотел сказать, и протянул Музе тетрадь.

Ксандр усмехнулся. Грей первые три дня удивлялся всему, что видел, и удивлялся бы до сих пор, но к работе на сцене он всё-таки отнёсся весьма серьёзно, и не стал в который раз разглядывать шариковую ручку, как экспонат. Ксандра это радовало ещё и потому, что ему уже было очевидно — у них получилось. Получилось! Оставалось только дождаться перерождения Музы. Лишь бы до этого дошло, лишь бы Грей не ошибся. Он сжал кулаки на удачу.

Муза тем временем взяла тетрадь в руки, встала к самому краю сцены и безмолвно прочитала ответ Грея. Её улыбка озарила зал, отразилась в глазах и вспыхнула искорками магии внутри купола — Грей подошёл к ней, потянулся к плечу, но тут же отдёрнул руку и сделал шаг назад.

— Вот видишь, какая хорошая вышла первая глава, — сказала Муза и посмотрела на Ксандра, прямо на него. Он это почувствовал так же ярко, как если бы стоял совсем рядом, нос к носу. — Ты самый настоящий волшебник и подарил мне крылья, — закончила она, и за мгновение до того, как огонь её энергии вспыхнул вокруг неё, Ксандр увидел её воспоминание — падение с крыши, огромные крылья, спасшие ей жизнь, и счастье. Безграничное счастье свободного полёта.

* * *

Муза никогда не чувствовала ничего подобного. Нет, вовсе не огонь, полыхающий вокруг, волновал или обжигал её, а эмоции, которые будто пробили какую-то брешь в своей темнице и заливали солнечное сплетение, подобно полноводной реке, прорвавшей плотину. Сотни разнообразных чувств горели в её сердце ярким заревом, она не видела, что делают Грей и Ксандр, но точно знала, что всё получилось, что отныне в её жизни и в жизни тех, кого она узнала за последний год, многое изменится. Мир станет другим. Да и сама она станет другой.

Возрождённый феникс. Разум, спустившийся во тьму за своей душой, чтобы вернуть себя себе, а Муза в полной мере ощущала себя собой. Как никогда прежде.

Когда огонь догорел, а шквал эмоций и чувств иссяк, Муза выдохнула с облегчением и закрыла глаза. Размытый силуэт Ксандра перед ней выключал камеры, голос торопил Грея, но ей было не до этого, ей было хорошо, так хорошо, спокойно и счастливо, что она позволила усталости коснуться каждого уголка её тела. Муза сделала шаг назад, улыбнулась и за миг до того, как Ксандр снял купол, потеряла сознание.