Книга В ловушке времени, страница 49 – Инга Вейн

На следующий день всё повторилось заново, и я начала понимать, от чего сходят с ума узники в темницах. Тишина давила на меня со всех сторон. Казалась издёвкой. Очередной пыткой, чтобы сломить меня и заставить говорить правду. Поднос с едой я снова опрокинула с яростным криком «Катись ты в пекло!», и перед глазами опять всплыла ухмылка Моргриса. Хотя нет, пожалуй, сегодня он бы недовольно поджал губы…

Я лежала на кровати, свернувшись калачиком, и устало следила за лунным светом, медленно скользящим по комнате. Это было моё единственное развлечение здесь. Иногда я проваливалась в сон, сама того не замечая, а потом, возвращаясь в реальность, продолжала наблюдать за лунным светом, мучая искусанный в кровь палец.

— Ты можешь хотя бы поесть? – голос Моргриса прорезал оглушающую тишину.

Я вздрогнула, но даже не обернулась. По правде, у меня не было на это сил, а ещё я сомневалась, что это не плод моего воображения. Обернуться и увидеть пустоту было ещё хуже, чем терпеть его издёвки.

— Твоё упрямство не знает границ, – раздражённый вздох за спиной, и я почувствовала, как кровать прогибается под чужим весом.

Что ж… Значит, всё-таки не галлюцинация.

Рука Моргриса осторожно легла мне на плечо, и он потянул меня назад, переворачивая на спину. Сопротивляться было бесполезно. В своём нынешнем состоянии я даже не успела бы замахнуться, как Моргрис уже обездвижил бы меня. Может, кандалы вытягивали из меня жизнь? Или я сама была виновата в глупой голодовке…

В воздухе рядом с Кайлором парила тарелка с едой. Я не видела, что в ней, но чувствовала одуряющий запах. Желудок предательски заурчал.

— Не заставляй меня кормить тебя с ложечки, – хмыкнул Моргрис и, увидев, что я не двигаюсь, недовольно поджал губы.

Я слабо усмехнулась. Может, я и не знала его настоящего, но зато выучила повадки всех его масок.

— Катись в пекло, – упрямо выдохнула я сухим слабым голосом.

Как бы мне не хотелось есть и пить, я не собиралась ничего принимать из его рук. Не после того, что он сделал...

Ворваться в чужой разум насильно – преступление наравне с убийством. Однажды тёмный маг, сражающийся на нашей стороне, применил этот навык на допросе. Он выведал нужные данные, но Высший Круг не делал исключений ни для кого – его казнили, стоило ему только покинуть темницу.

— Элейна, прошу, – мягко начал Кайлор, пододвигая ко мне тарелку с едой. – Просто поешь.

— Не смей… Не смей называть меня этим именем! – прошипела я, из последних сил отталкивая тарелку от себя.

Удар получился слабым, но этого оказалось достаточно, чтобы тарелка, покачнувшись в воздухе, ударилась о столбик кровати и опрокинулась на пол. Моргрис тяжело вздохнул и вдруг резко приблизился ко мне, схватив меня за руки. Он рывком потянул меня на себя, заставляя сесть, и впился в мои глаза нечитаемым взглядом.

Я равнодушно уставилась на него в ответ. Зачем играть в героя и кормить свою жертву? Зачем пытаться строить из себя кого-то другого? Моргрис мог сломить мой разум, как тонкую ветку, и, чтобы я не делала, всё было напрасно без моей магии.

— Почему? – тихо спросил он. – Почему ты не хочешь решить всё по-хорошему?

— По-хорошему? – хмыкнула я. – Ты ворвался в мой разум. Ты заковал меня в цепи!

— Я трижды спас тебе жизнь! – прокричал Кайлор тем самым странным голосом, и я вдруг поняла, что это отчаянье. Неуместное, странное, чужое отчаянье, внезапно скопившееся в моём горле горьким комом. – Я предложил тебе защиту, и всё, что тебе нужно было – это лишь сказать мне правду! Это так сложно?!