Книга Протокол отмены злодейки, страница 54 – Ямиля Нарт

Я резко подошла к инспекторам.

— Толку от нас теперь нет. Вызовите судмедэкспертов, специалистов по магическим следам. А нас лучше отпустите. Мы ничего не трогали, можем дать показания позже.

Старший инспектор колебался, его взгляд скользнул по Глебу, который все еще стоял, словно парализованный, потом снова на нас.

— Ладно, — буркнул он наконец. — Оставьте координаты. Не уезжайте из города. Вы кто? Зачем пришли? — уже резче спросил он, поворачиваясь к Глебу.

Глеб медленно перевел на него взгляд.

— Я… его искал. У меня к нему были вопросы.

— Какие вопросы? Кем вы ему приходитесь? Зачем пришли сюда именно сейчас? — инспектор сыпал вопросами, по его виду было понятно, что Глеб кажется ему более важным свидетелем, чем две перепуганные женщины.

Но Глеб, судя по яростному взгляду, который он бросил на меня, в тот момент гораздо больше хотел поговорить именно со мной. Он запомнил, кто именно усыпил его в уборной отеля.

Я не стала дожидаться, пока он потребует у меня объяснений. Я схватила Кристину за руку, которая все еще была холодной и влажной, и почти силой вытащила ее из квартиры, проскользнув мимо Глеба и инспектора. Мы вышли на площадку, и я захлопнула за собой дверь, оставив внутри мужчин разбираться друг с другом. Мне нужно было привести Кристину в чувство.

В нашей квартире я подвела ее к раковине, открыла кран с холодной водой.

— Умойся. Прополощи рот. Дыши. Выпей стакан воды, медленно.

Она покорно выполнила мои указания, плеская ледяную воду на лицо и шею. Цвет постепенно, по капле, возвращался к ее щекам. Дрожь стала меньше. Она оперлась о край раковины и закрыла глаза.

— Спасибо, — выдохнула она.

— Ничего. Теперь слушай внимательно. Ты видела того мужчину, в помятом костюме. Что ты увидела в его душе?

Она слабо попыталась отвести взгляд, но мой был неумолим.

— Я… я не знаю…

— Перестань. Ты смотрела на него. Твое «видение» сработало. Что ты увидела в его душе?

Она замерла, её губы сжались.

— Почему вы спрашиваете именно об этом? Там… там убийство…

— Именно поэтому, — отрезала я. — Отвечай. Обычный он человек или нет?

— Он… обычный, — выдохнула она, сдаваясь под напором. — Усталый. В душе много боли, старой, застарелой. Он как будто намного старше, чем выглядит.

Я пристально смотрела на нее.

— Ты уверена? Не убийца? Не маньяк?

Она покачала головой, и в ее глазах промелькнуло что-то вроде жалости — ко мне, к моим вопросам.

— Виктория Николаевна, убийство оставляет очень темный, липкий, рваный след в душе, — она содрогнулась. — Это невозможно скрыть от такого дара, как мой. Я бы увидела сразу. В нем этого нет. Он не убивал никого.

Ее слова повисли в тишине кухни, где еще пахло омлетом и казалось, что с того момента, как мы его ели, прошла целая вечность. Я отступила, облокотившись о столешницу. В голове все кружилось, пытаясь сложиться в новую, пугающую картину.

Кто убил этого парня? Почему?

Почему Глеб прибежал сюда, явно зная, что случилось или должно случиться? Что он черт возьми делает в этой истории, если, согласно роману, он и есть главный злодей? И почему изменились события? В книге первое убийство маньяка было другим — более скрытным, не таким демонстративно-ритуальным. И жертвой был не официант, подсыпавший наркотик, а случайный пациент из клиники. А Глеб… Глеб должен был быть убийцей, а не запаздывающим свидетелем с лицом, полным отчаяния.