Книга Протокол отмены злодейки, страница 44 – Ямиля Нарт

И вот она, набравшись смелости, направилась ко мне. Я видел, как она пробирается сквозь толпу, ее взгляд прикован ко мне с выражением смешанного восхищения и неуверенности. Она остановилась передо мной, когда круг болтающих дам ненадолго разомкнулся.

— Госпожа Воронова, — тихо произнесла она, слегка склонив голову. — Добрый вечер. Вы… выглядите потрясающе.

Я остановилась, позволив своему взгляду медленно, с легкой снисходительностью скользнуть с ее головы до ног. Я должна была вести себя холодно, как предписывал сюжет.

— Добрый вечер, — ответила я, не изменяя выражения лица. Мой голос прозвучал холодно. — Спасибо. Вы тоже… постарались.

Ее щеки под маской покраснели. Она поняла скрытый смысл фразы.

— Я… я не хотела… платье просто похоже, — залепетала она, смущенно касаясь ткани на плече.

— Не имеет значения, — я отпила из бокала, давая понять, что разговор окончен. — Приятного вечера, Кристина.

И, не дожидаясь ее ответа, я плавно развернулась и отошла к другой группе гостей, оставив ее стоять с раскрасневшимся от смущения лицом. По сюжету, после этого Виктория должна была уйти, и Кристина оставалась в одиночестве, чувствуя себя униженной. Я выполнила свою часть.

Я заняла позицию у высокого стола с закусками, откуда был хороший обзор на ту часть зала, где крутился Александр. В руке у меня был бокал с шампанским, который я лишь изредка подносила к губам. Мои глаза неотрывно следили за его бокалом.

Все шло своим чередом. Он разговаривал, кивал, улыбался своей холодной, деловой улыбкой. Официанты с подносами сновали вокруг. И вот я увидела это. Один из них — молодой парень в ливрее, с совершенно обычным, ничего не выражающим лицом — на мгновение заслонил Александра от моих глаз. Его рука с подносом мелькнула около бокала, который стоял на высоком столике рядом с моим мужем. Движение было быстрым, плавным, профессиональным. Но я, зная, что искать, уловила короткий, едва заметный бросок — щепотка чего-то белого растворилась в коньяке, прежде чем официант отошел, смешавшись с толпой.

Я не видела цвета, но я знала, что это было. Стимулятор и афродизиак, смешанные в одном мощном препарате. В романе этот момент описывался туманно, но суть была ясна: конкуренты хотели скомпрометировать Александра, вынудить его на неадекватные действия.

Мое сердце учащенно забилось, но руки не дрогнули. Рука сама потянулась к маленькой сумочке, где лежал мой техномагический коммуникатор, способный делать снимки. Я приподняла его, сделала вид, что проверяю сообщения, и навела объектив издалека. Кадр получился смазанным, но на нем было видно лицо официанта.

И тут я заметила Глеба.

Он стоял в стороне, прислонившись к дверному косяку, ведущему на террасу. На нем был темно-серый фрак, маску он держал в руках. Его взгляд был прикован к тому же месту — к Александру и к тому официанту, который уже исчезал в толпе. И в его глазах я прочла ясное, четкое понимание. Он понял, что только что произошло. И теперь, с мрачным, непоколебимым выражением, он оттолкнулся от косяка и направился прямо к Александру.

Черт. Черт возьми. Этого в романе не было!

Глеб явно собирался его предупредить. Или выхватить бокал. Или наброситься на того официанта. Любое из этих действий грозило испортить весь план.