Книга Протокол отмены злодейки, страница 130 – Ямиля Нарт

Я заставила себя дышать ровно. Паника — роскошь, которую я не могла себе позволить. У меня было несколько минут, может, полчаса, пока Август и Глеб не поймут, что случилось, и не начнут действовать. Камера в жилетке работала — я проверила перед входом. Коммуникатор в кадке с фикусом транслировал происходящее в прямой эфир. Если повезет, нас увидят.

Но сначала нужно было выжить. И понять, как этот артефакт работает.

— Хорошо, — Александр отошел к столу, оперся о край. — Начнем с простого. Что ты знаешь о ритуале снятия Завесы?

— Ничего.

Боль вспыхнула в висках, прокатилась волной по позвоночнику, ударила в колени. Я покачнулась, но устояла.

— Если ты будешь врать, тебе будет очень больно, — Александр покачал головой. — Попробуем еще раз.

Я лихорадочно перебирала в памяти все, что читала когда-то о механизмах лжи. Артефакт не читает мысли — он считывает реакции тела. Температуру, пульс, потоотделение, микроспазмы сосудов.

Если я солгу и тело отреагирует — он поймет.

— Что ты знаешь о ритуале снятия Завесы? — спросил Александр. Он стоял теперь у стола, опираясь на него бедром, и смотрел на меня с ленивым интересом кота, играющего с мышью.

— Ничего, — снова сказала я.

И тело взорвалось болью.

Она пришла не откуда-то снаружи — изнутри, из самой глубины позвоночника, разлилась по рукам, сжала грудную клетку, ударила в виски. Я не закричала только потому, что не могла — мышцы свело спазмом, челюсти сжались так, что хрустнули зубы.

Боль длилась секунду. Может, две. Когда она отпустила, я висела на подкашивающихся ногах, хватая ртом воздух, и смотрела на Александра.

Он улыбался.

— В следующий раз будет хуже, — сказал он спокойно. — Артефакт знает, когда ты говоришь неправду. Я задам вопрос еще раз. Что ты знаешь о ритуале снятия Завесы?

Я выдохнула, выпрямилась. В голове проносились обрывки знаний — нейробиология, физиология, магические реакции. Артефакт не знает правду. Он реагирует на мою реакцию. На страх, на напряжение, на пот, на пульс.

Я закрыла глаза на секунду, сосредоточилась. Вспомнила, как Глеб учил меня чувствовать потоки в собственном теле. Как находить резервуар дара, собирать его по крупицам, направлять туда, куда нужно. Я нырнула внутрь себя, игнорируя пульсацию артефакта на шее, игнорируя боль в висках, игнорируя Александра, ждущего ответа.

Итак, что я знаю о механизме лжи?

Первое — терморегуляция. При лжи происходит эффект Пиноккио — кончик носа холодеет, лоб нагревается. Артефакт считывает эту разницу. Если я уравняю температуру, он не увидит лжи.

Я представила кровеносные сосуды лица. Артериолы, капилляры, венулы. Представила, как направляю поток магической энергии в область таламуса — тот самый центр, что отвечает за терморегуляцию. Тепло разлилось по голове, мягкое, контролируемое. Я чуть подогрела кончик носа, представив, как кровь приливает к нему ровно, без спазма. Потом охладила лоб — тоже ровно, без рывков, просто убрала лишнее тепло.

Второй этап — амигдала. Миндалевидное тело, центр страха. Оно паниковало сейчас, посылая сигналы тревоги во все отделы мозга, заставляя сердце биться чаще, а ладони — потеть. Если я не успокою его, артефакт считает этот страх как реакцию на ложь.

Я представила энергетический кокон вокруг лимбической системы. Мягкий, плотный, как одеяло. Направила туда магию, представляя, как она гасит выброс кортизола, успокаивает норадреналин, выравнивает пульс. Главное — убедить мозг, что мы в безопасности. Что никакой угрозы нет. Что я просто разговариваю с бывшим мужем в его кабинете.