Книга Протокол отмены злодейки, страница 123 – Ямиля Нарт

— Да. Если люди узнают правду, если начнут обсуждать, если газеты подхватят — у имперского совета не останется выбора. Им придётся что-то делать. А пока правда спрятана в архивах, они могут делать вид, что ничего не происходит.

Катя откинулась на спинку стула. Её пальцы сжались в кулаки.

— Я хочу помочь, — сказала она.

Я выдохнула. Не заметила, что задерживала дыхание.

— Я просто хочу, чтобы ты понимала риски.

— Я понимаю, — ответила она твёрдо. — И я не хочу войны. Если есть шанс её предотвратить, я в деле.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда слушай план. Первая часть — сделать эти документы публичными. Выложить на видеопортал, чтобы их увидели все. Люди должны узнать правду о том, что происходит на самом деле.

Катя кивнула.

— Это можно устроить. У меня есть доступ к загрузке, я могу выложить анонимно. Но нужно будет подготовить текст.

— Я подготовлю, — пообещала я.

— Хорошо, — она уже записывала что-то в блокнот.

— Вторая часть сложнее, — продолжала я. — Нам нужна прямая трансляция с последующим сохранением на портале.

Катя подняла бровь.

— Трансляция? Чего?

— Не знаю пока, — честно ответила я. — Но если мы сможем показать что-то в реальном времени — например, само разоблачение, или арест, или что-то, что нельзя подделать — это будет сильнее любых документов. Люди увидят всё своими глазами.

Она задумалась, покусывая ручку.

— Технически это возможно, — сказала она медленно. — Но сложно. Нужно будет предложить на следующем собрании совета директоров. У нас есть возможность внедрять новые функции, если они получат одобрение. Я могу протолкнуть эту идею, если придумаю хорошие аргументы.

— Какие аргументы нужны?

— Коммерческие, — усмехнулась она. — Что это увеличит аудиторию, что привлечёт рекламодателей, что даст нам преимущество перед конкурентами.

Я кивнула.

— Я подготовлю аргументы.

— Договорились, — Катя допила кофе и отставила чашку. — А пока ты готовишь текст, я могу оцифровать документы у себя в студии.

— Отлично, — я подвинула к ней папку с документами. — Здесь копии. Оригиналы хранятся в надёжном месте, но для записей этого достаточно.

Она взяла папку, пролистала ещё раз.

* * *

Смена прошла спокойно. Обычные пациенты, обычные процедуры, обычная усталость к вечеру. Глеб работал рядом, но мы почти не разговаривали — каждый думал о своём. Только один раз, когда мы остались вдвоём в ординаторской, он спросил:

— Ты рассказала Кате?

— Да. Она согласилась помочь.

— Хорошо.

Глеб посмотрел на меня с любопытством.

— А что у вас с Августом происходит?

— Не твоё дело, — ответила я, но без злости.

Он усмехнулся и поднял руки в примирительном жесте.

— Только не обижай его слишком сильно. Он не привык к таким, как ты.

— К каким «таким»?

— К таким ядовитым.

Я фыркнула и попыталась пнуть его, но он увернулся.

В семь вечера я вышла из клиники. Август ждал у входа, стоял, прислонившись к своей машине, и курил. Увидев меня, он затушил сигарету и приглашающе открыл дверцу.

— Садись.

Мы поехали в парк. Август остановил машину у входа, и мы пошли по главной аллее. По дороге купили по чашке кофе в маленьком ларьке. Некоторое время шли молча. Парк был почти пуст — только редкие прохожие с собаками да пара подростков на скамейке. Листья шуршали под ногами, пахло сыростью.