Книга Грани морали, страница 94 – Нинель Мягкова

В ответ на мои слова новорожденный сонно моргнул и зевнул, продемонстрировав розовые десны.

— Молчание — знак согласия! — проинформировала его я, подтягивая выше и прикладывая к груди. — Будешь Терри.

Имя я выбрала сразу по нескольким причинам. Не последней было напоминание о родном мире. Терра, Земля. Здесь планету, на которой мы обитали, еще никак не назвали, хотя уже были в курсе что она круглая.

В своеобразном декрете я застряла еще на несколько месяцев. Пока пришла в себя после родов, пока малыш чуть подрос, чтобы можно было его оставить с тетушкой, фактически бабушкой. Детского питания еще не придумали, так что пришлось сцеживать и сохранять в стазисе родное молоко.

А потом еще развлекаться в отъезде, убирая лишнее.

Зато мои вылазки наконец-то увенчались успехом.

Среди девяти семейств, что я обыскала, три увлекались крупными пожертвованиями. Все взносы были сделаны в тот самый центральный храм, где поженили нас с Элайджем.

Потому я приняла решение разведать обстановку напрямую у священников. Не все же мне по родовитым аристократам шарить!

Иногда меня брала досада на дознавателя — горазд же он загребать жар моими руками. Что особенно иронично в свете того, что я — маг огня! Но, с другой стороны, кому он это мог поручить? Сотрудникам? Нелегально вскрывать сейфы знати, чтобы получить доказательства — а, возможно, и не получить? Или задействовать грабителей, чтобы потом разгребать последствия? Если вдруг подобные действия всплывут, отставкой и ссылкой Уинтроп не отделается. Тут и до каменоломен дойти может.

Зато мне в принципе все должно сойти с рук. Король и его прямые наследники владеют в стране всем. И теоретически никто не посмеет запретить принцу (или принцессе) заглядывать в любой уголок любого дома, чисто из любопытства.

А что инкогнито — ну, так получилось!

В конце концов, я ничего не беру. Смотрю и почти не трогаю.

Старший жрец, как и все прочие, жил за храмом, в пристройке на десяток келий. Тут же раскинулся благословенный Высшим сад, где священники выращивали практически все что потребляли. Мясо и молочные продукты им поставляли в качестве пожертвований, одежду они шили себе сами, в общем, с виду аскеза аскезой.

Но это внешнее.

Стоило копнуть поглубже, и картинка менялась.

Копанием занималась, разумеется, не я, а дознаватель. Мне не разорваться, я специализировалась на взломах с проникновением. А дальше в работу включался мейстер Уинтроп и его ребята. Выслеживать деньги, устанавливать связи, вычислять сообщников — его департамент тоже не сидел без дела. Честно говоря, доказательства из того, что я накопировала, никакие. Даже если бы я крала оригиналы, от них все равно не было бы толку, раз их изъяли без ордера. Я могла выдать лишь зацепку, и предоставить копать дальше профессионалам.

Что я и делала.

Анника регулярно ставила меня в известность о прогрессе расследования.

И стоило начать следить за жрецами, как вскрылись довольно занятные факты.

У самих священников собственности не было. Им не положено по сану.

Зато их семьи, зачастую довольно многочисленные, жили припеваючи, владея недвижимостью, драгоценностями и всеми доступными благами цивилизации. Как говорится, угадайте с трех раз, кто им это обеспечивал?

Пробраться на территорию храмовой жилой пристройки оказалось не так-то просто. Забор только выглядел символическим, на деле же каждый прут украшала сложная вязь рун.