Книга Грани морали, страница 44 – Нинель Мягкова

Обратно в Хакон я не собиралась ни при каких обстоятельствах. Буду молить его величество, чтобы просто сослал меня… да в тот же Нормад, на вечное поселение. Жить в холодрыге мне не привыкать.

В самом нижнем отделении обнаружилась почти не поврежденная шкатулка, богато отделанная резьбой и вставками. Лишь один угол почернел, отчего ее слегка перекосило.

Я провела подрагивающими кончиками пальцев по обгорелому краю.

Откинула крышку и с облегчением выдохнула.

Блеск золота и сияющих камней на мгновение ослепил меня. На контрасте с пеплом и угольно-черными стенами они выглядели вызывающе роскошно. Тонкая, ажурная работа, невесомо-воздушные узоры из золотой нити и разноцветных капелек. Самое то для юной девы.

Личные драгоценности принцессы. В случае большой нужды и продать можно будет. Жаль, что такие деликатные — много вряд ли дадут, разве что за имя ювелира, которого я не знаю. Но все-таки запас на крайний случай.

Живем!

Когда я добралась до комнат тетушки, она при помощи горничных уже почти закончила со сборами. Вещей у нее было немного, все уместилось в два узких длинных кофра — почти в рост человека. Внутри — платья, переложенные вощеной бумагой, чтобы не зацепились шитьем между собой. Ну и еще сундук со всякой мелочью — обувь, шляпки, косметика…

Если местрис Фьюренцу не будет жадничать, мы с ней отлично поделим все это богатство. Фигуры у нас похожи, я чуть постройнее и менее одарена в области бюста, а ростом повыше. Ничего, если кринолин из-под юбки убрать, то как раз впору станет.

Здорово я, конечно, распланировала чужой гардероб…

Тряхнув головой, откашлялась, привлекая ее внимание.

— Ты совершенно не обязана ехать со мной! — заявила, прижимая поврежденную шкатулку к груди. — Думаю, тебя в Хаконе никто не станет обижать. Ты ведь не претендентка на трон…

— И что я там буду делать? — вздохнула тетушка. Отобрала у меня ларец, поставила на ближайший столик и крепко обняла.

Меня обволок терпкий, приторно-цветочный запах ее духов. Неожиданно привычный и родной. До такой степени, что глаза защипало — захотелось, как в детстве, уткнуться лицом в юбку и выплакаться от души.

— Милая моя, я с тобой. Куда ты, туда и я, — отстранившись и взяв мое лицо в ладони, заверила меня тетя. — Нехорошо получилось с даром, конечно, но ты в этом не виновата. Это все я… недосмотрела. Не уберегла. Если бы я тогда не отошла от тебя, в храме…

— Нет-нет! — замотала я головой. — Ты тоже совершенно не виновата! Оно просто так получилось. Я читала…

— Местрис Фьюренцу? — раздался за моей спиной холодный женский голос. — Меня зовут Варда, я ваша горничная на время поездки. Вам помочь?

Выражение ее лица не соответствовало произносимым словам. Вроде бы любезно и вежливо, но дрожь пробирает.

— Да мы уже почти все, — ответила я за тетушку.

И за себя тоже. Мне-то действительно нечего собирать.

— Тогда мы вас проводим в карету. Это Рик. — Она отступила в сторону, освобождая дорогу внушительному бугаю. — Он сопровождающее лицо.

Ясно. Дознаватель выделил ценные кадры в охрану.

Поборов раздражение, я выдавила любезную улыбку. Сотрудница местных органов власти не виновата в том, что меня сослали. Вообще никто, кроме меня самой, дуры, не виноват. Сидела бы тихо, не высовывалась с даром… нет, геройствовать понесло. Мир спасать!