Книга Стратегия лени: Как случайно спасти Империю и выйти замуж, страница 36 – Е. Лань

Он окинул взглядом мою кушетку, меня, утопающую в подушках, и блюдо с очищенным виноградом. Уголок его рта дернулся.

— Я вижу, Леди Чон, вы уже подготовились к изнурительному государственному труду, — произнес он, и в его низком голосе прозвучала нотка мрачной иронии.

— Ваше Высочество, — я изящно поднесла ко рту еще одну виноградину. — Оружейник должен точить свой меч, а стратег должен лелеять свой покой. Вы принесли с собой запах старой туши и невыносимой тоски. Могу я надеяться, что эти деревянные ящики — подарок мне на новоселье, полный драгоценных шелков?

— Это налоги Западной провинции, прошения о помиловании, отчеты о передвижении войск и три торговых диспута, — сухо ответил Ли Джин, подходя к низкому столику, который Су-Джин спешно поставила в центре комнаты, подальше от моей кушетки.

Принц опустился на жесткую подушку. Его спина была прямой, как бамбуковый стебель. Он развернул первый свиток, и в тишине комнаты раздался сухой, царапающий звук бумаги.

— Вы обещали мне свой ум, Ю-Ри. Контракт вступил в силу. У нас есть три часа до вечернего заседания Малого Совета, и я намерен использовать каждую вашу мысль.

Я тихо застонала, перекатываясь на бок и подпирая голову рукой. Мой локоть утонул в персиковом шелке.

— Вы безжалостны. Но раз уж я продала свою душу трону за эту великолепную кушетку… читайте. Только, умоляю, без этих витиеватых дворцовых вступлений. Опускайте хвалу предкам и переходите сразу к цифрам. От поэзии у меня несварение желудка.

Ли Джин бросил на меня короткий, острый взгляд поверх свитка. В нем промелькнуло нечто похожее на восхищение моей наглостью. Во всем Дворце никто не смел так разговаривать с будущим Императором. Но в этом и заключался смысл нашей сделки. Здесь, за закрытыми дверями, не было правителя и подданной. Здесь были два ума, играющие в самую опасную игру в Империи.

— Хорошо. Перейдем к сути, — он отложил первый свиток и взял другой, перевязанный красной лентой с печатью Министерства Финансов. — Фракция «Красного Журавля» подала петицию. Они настаивают на немедленном увеличении налога на добычу соли на десять процентов.

— Аргументация? — лениво спросила я, жуя виноград.

— Официальная причина — необходимость пополнения казны для укрепления северных крепостей в преддверии зимы. Они предоставили подробнейшие расчеты. Если мы поднимем налог, казна получит дополнительно полмиллиона лян серебра. Министр Обороны, возглавляющий «Восточный Ветер», категорически против. Он кричит, что повышение налога ударит по крестьянам, соль станет недоступной, начнется цинга и бунты.

Ли Джин потер виски длинными, тонкими пальцами.

— На Совете они спорили два часа. У каждого своя правда. Армии действительно нужны деньги, северные рубежи ветшают. Но бунт в южных и восточных провинциях сейчас, когда Император болен, станет катастрофой. Что вы скажете, моя Тень?

Я закрыла глаза. Перед моим мысленным взором развернулась невидимая карта Империи, испещренная торговыми путями и линиями влияния кланов. Мой мозг, обученный матушкой анализировать мотивы людей, а не их слова, начал отсекать шелуху.

— Ваше Высочество, вы когда-нибудь видели, как выпаривают соль из морской воды на Юге? — спросила я, не меняя позы.

— К чему этот вопрос?

— К тому, что это адский труд. Крестьяне жгут костры под огромными чанами сутками. И они платят налог за каждую корзину соли, которую передают государственным перекупщикам. Но… — я открыла глаза и посмотрела на Принца. — Кому принадлежат самые крупные частные солеварни на Юго-Востоке?