Книга Ежевика и шиповник. Гончие Аннуна, страница 5 – Наталия Зябкова

Глава 3

— Здравствуйте! — деловито проговорила она, устраиваясь на только что опустевший стул. — Меня зовут…

— Госпожа Пуговка! Доброго утра!

Женщина моргнула. Её яркие волнистые волосы закудрявились ещё сильнее, зашевелились, собираясь в подобие «вороньего гнезда».

— Ты в лучшей форме, чем мне описали, — спокойно сказала она. — Это радует. У меня на самом деле к тебе единственный вопрос — где камень?

— Вы о чём? — надеюсь, мне удалось достаточно округлить глаза, чтобы выразить крайнее удивление.

— Ты…Ты не помнишь? — расстроено проговорила она. — Звездный камень…

— Как же меня достал этот булыжник! Всё я помню, — помимо воли, в голос просочились ноты раздражения. — Уж и пошутить нельзя.

Теперь Госпожа Пуговка, рефлекторно крутившая пуговицу на пиджаке, вздохнула с облегчением.

— Ох, очень хорошо! Скажи мне только одно — ты успел передать Мэлт-и-Нос Звездный камень? Ты ведь понимаешь, что он очень опасен не в тех руках?

— Послушайте! Если вы не заметили, мы в больнице. Здесь меня колют солевыми растворами и заставляют принимать железосодержащие препараты…

Алебастровые щеки Госпожи Пуговки побледнели ещё сильнее.

— Бедный мальчик! — прошептала она. — Тебе надо выбираться отсюда как можно скорее!

— Не то, чтобы я против, но сейчас моих сил не хватит даже на пеший поход к дверям больницы. Знали бы вы, как ослабляет солевой раствор при ранах и внутренних повреждениях.

Гостья ещё раз моргнула, удивительно напоминая при этом озадаченную птицу.

— Потерпи ещё немного, мы тебя вызволим отсюда.

— На самом деле, это проще простого. Надо только приехать за мной на такси и сказать, что вы моя родственница… Ах, да! Вы же успели представиться следователем!

— Это вовсе не проблема. Стоит надеть другую одежду, и меня никто не вспомнит. В крайнем случае, можно попросить Кри-Кри…

— Только не её! — ужаснулся я, представив, какой переполох наведёт в больнице двухголовая Крысиная королева, представившаяся моей родственницей.

— Мы разберёмся, — отмахнулась Госпожа Пуговка. — Главное, скажи, где камень?

— Ну уж нет, — неожиданно меня накрыл приступ тотального недоверия. — Сначала помогите попасть домой, а потом всё остальное.

— Ладно, — разочарованно протянула она, поднимаясь со стула.

— Ещё один вопрос.

Она вопросительно уставилась на меня.

— У вас случайно нигде не завалялось крупицы амброзии?

* * *

Госпожа Пуговка приехала за мной на следующий день. Со всей ответственностью могу сказать — в ней погибла настоящая актриса! Она вошла в палату в черном парике, вычурном терракотовом пиджаке с большими пуговицами из настоящего перламутра, шоколадных брюках и алых туфлях. Истинная… Как там говорил сэр Тэрри Пратчетт? Антропоморфная персонификация осени! Не удивительно, что я её не узнал, да и не только я. Профессор Маслов, перед которым трепетали медсёстры и стояли на вытяжку врачи, разливался озёрами приторной патоки, чуть не пританцовывая перед эффектной посетительницей.

— Я была за границей, и тут мне приходит такая дурная весть! — Госпожа Пуговка даже голос изменила на более низкий, со слегка прокуренной хрипотцой. — Мой дорогой племянник попал в страшную аварию! Виновника так и не нашли! Доктор, его ведь можно перемещать?

— Э-э-э! — заблеял Маслов, видимо вспомнив о недописанной диссертации.