Книга Ледяная корона, страница 155 – Ева Верми

Звезды поблекли, луна исчезла с горизонта, а мир погрузился в самый темный утренний час. Я очнулась, когда за окном замаячил далекий отблеск рассвета, лишь возвещающий, что солнце спешит в Уан, но не сам факт его прибытия. Вернувшись взором к мольберту, я увидела, что у меня вышло.

Сама того не осознавая, я нарисовала свой кошмар. Те же простыни, та же кровь, та же голова на постели. Картина была пропитана моим ужасом. Я никогда ничего подобного не писала. Голова вышла особенно натурально, но, к слову, была мало похожа на портрет кисти Артифекса. Я помнила ее шероховатости, а потому была удивлена тому, как изобразила Поляриса. Во сне он помнился мне иначе, но я будто писала его с натуры. Наверное, я была под впечатлением от мысли о его связи с Дубхе и Мераком, иначе как объяснить такую натуралистичность? Кто же ты, Полярис? Ты ведь и есть тот самый брат Имбри?

Имбри… Мне не хватало подруги. Мы дружили долгие годы, но у меня, пожалуй, не было возможности разобраться, насколько мы были близки. И только сейчас, оставшись одна, я смогла ощутить, что очень нуждалась в добром совете или словах поддержки, но Имбри меня разочаровала. Ее слова больно меня задели. Мне показалось, что она лишь притворялась, что хочет помочь с замужеством, а на самом деле не просто так свела меня со Спинамом.

Не просто так… слова крутились в моей голове вихрем. Если и так, то зачем это было Имбри? Стала ли бы она скрывать от меня Поляриса? Я оперлась на стол, пытаясь свести факты воедино. Имбри не могла так поступить, нет, это глупости!

Я опустилась на пол, прислонившись к столу.

У Имбри есть брат, которого она ненавидит. И им может быть кшяжне Полярис, что подтверждается подписью к портрету.

Именно Имбри свела меня со Спинамом, утверждая, что он исправился.

Имбри никак не защитила меня на Совете, хотя ей это ничего не стоило.

Когда я просила помочь найти Поляриса, она твердо заявила, что такого мага нет и что мои поиски бесплодны.

Богини мои… либо я схожу с ума, либо вы открыли мне глаза на правду.

Дубхе предполагал, что если кто-то знал о предсказании, то либо сам догадался, кто этот маг, либо предположил, кто этим магом может быть. Если Имбри узнала, что могучим магом может стать ненавистный ей брат, то могла ли она помешать этому исполниться? Могла ли она стереть нам память о нем? Стоит ли она за всем остальным: за похищениями, за кражей артефактов? Интересно, а Алтер догадывается о происходящем?

Я вновь взглянула на картину. Взгляд Поляриса был не устрашающим, как мне показалось сначала, а умоляющим о спасении. Я найду тебя, Полярис. Чего бы мне это ни стоило. А с Имбри… мне еще предстоит разобраться.

Должно быть я уснула прямо на полу в кабинете. Мышцы затекли, я встала, разминаясь от сковавшего их спазма. За окном уже светило солнце. У самого горизонта, будто на рассвете, но я понимала, что это значит: почти полдень и нужно торопиться. Я обернулась на мольберт: картина все так же стояла у окна, значит, мне не приснилось.

В коридоре стояла какая-то неестественная тишина, хотя все уже давно должны были встать и даже позавтракать. В прихожей тоже было пусто. Я заглянула в столовую: никого. Куда все провалились? Я поднялась к себе, не встретив никого из слуг. В комнату заглянула осторожно, хотя при свете дня кошмар пугал не так сильно. На столике лежал новенький кристалл, по которому я набрала братьев.