Книга Ледяная корона, страница 115 – Ева Верми

Стирия летела по коридору в нашу сторону, так я смогла ее поймать.

— Стирия, что случилось?

— Отстань, Нивис! – крикнула она, вырываясь. Сестра называла меня полным именем, когда злилась. – Это все из-за тебя!

— Стирия, в чем дело? – надавила я. Стирия пыхтела, как дракон, едва дым не валил.

— Никос с Ичесом обещали сходить со мной на выставку в город. Приехал мой любимый художник. А из-за тебя мне запретили выходить!

— Кто запретил?

— Стирия Аэтернская! – послышался раздраженный голос мамы, которая вынырнула из того же поворота. – Кто разрешил тебе от меня убегать?

Я вздохнула, а затем посмотрела на Дубхе и Мерака, неловко мнущихся у меня за спиной.

— Отпусти меня на выставку!

— Я запретила тебе ходить, почему ты не слушаешься?

— Мама, ты не пускаешь ее из-за меня? – спросила я.

— Разумеется! – подтвердила мама. – У меня все четверо детей на счету. Я не хочу, чтобы кто-то из вас погиб. Мне хватило, что одну мою дочь уже второй раз крадут непонятно как, причем у всех на виду.

— Но это нечестно! – опять взвыла Стирия. – Почему я не могу жить так, как хочу? Почему я всегда должна вас слушаться? Ты говорила, что если братья пойдут со мной, то я могу выйти в город.

— Это было тогда, а сейчас у нас экстренная ситуация. Стирия, ты должна же понимать, что ты наследная прионса!

Стирия демонстративно закрыла уши и начала вопить:

— Бла-бла-бла!

Мама покачала головой и, бросив мне «Присмотри за сестрой, пожалуйста», пошла прочь:

— Никакой выставки, никаких балов и никакого досуга до конца сезона!

Мама не любила истерики. Одним из правил моего воспитания было: «Если хочешь истерить – пожалуйста, позови меня, когда закончишь». Мы с братьями знали, что истерики и капризы не помогут достичь желаемого, но со Стирией эти правила не работали, что и вылилось вот в это.

— Нет! – услышала ее сестра и истошно завопила ей вслед.

— Хватит! – бросила ей через плечо мама. – Веди себя подобающе, тогда и на разговор рассчитывай, а пока что это не разговор.

— Стирия, – позвала я сестру. Кажется, дедушка был прав, нужно что-то делать, пока мы не потеряли ее.

— Что? – с вызовом ответила она раздраженно. – Почему мне приходится быть, как ты? Почему? Почему? Почему? Все сравнивают меня с тобой! Почему я должна быть, как ты?

Я в ступоре смотрела на сестру, не понимая, что должна сказать. Почему она должна быть, как я?

— Снежочек, ты прионса…

— Я не хочу быть прионсой! Я хочу быть свободной!

Эта фразы выбила меня из колеи, я не знала, что ответить, ведь для меня быть прионсой означало стать королевой и получить свободу, а не наоборот.

— Госпожа, – обратился к ней Дубхе и присел на одно колено. Стирия внимательно смотрела на него, поджав губы. – Что за выставка? Кто такой важный потревожил ваш покой?

— Эфиджес Артифекс.

— Слышал-слышал, – закивал Дубхе. Кто же не знает этого напыщенного индюка?

— Это портретист, что ли? – встрял Мерак. – Я его знаю, кстати.

Мы молча уставились на него.

— Знаешь? – почти одновременно отозвались мы с Дубхе.

— Ну да, Эниона его приглашала, он пару раз приезжал. Но я не фанат его работ.

— А можете познакомить? – завороженно протянула сестра.

— Я знаю, как его найти, если этого будет достаточно, – улыбнулся Мерак.

Я поблагодарила Мерака и Дубхе. Я, разумеется, тоже слышала об Эфиджесе. Но, как и Мерак, не была фанаткой его работ. И даже имела неосторожность нелестно высказаться о его технике. Из-за чего этот мастер запретил мне появляться на его выставках. Оснежительно смешная ситуация, но в своей стране я не могу посещать выставки Эфиджеса Артифекса, на которые, впрочем, я бы и не пошла. Что в нем нашла Стирия до сих пор оставалось для меня загадкой.