Книга (Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины, страница 73 – Илана Васина

Щелк — и дверь открыта. Первое, что замечаю в проеме, — поднос в руках мужа, под завязку заставленный едой. Ломти хлеба тут толщиной с мое запястье, а сыр и ветчина — с большой палец. Еще замечаю компот, который выпить так и не довелось, и огурцы, порезанные на крупные кружочки.

Аромат от подноса исходит такой невероятный, что у меня снова сводит живот от голода, слюнные железы начинают работать в полную силу, а на глаза наворачиваются слезы. Муж с подносом в руках на пороге спальни — как-то это слишком трогательно, чтобы быть правдой.

— Это мне? — недоверчиво спрашиваю, отодвигаясь, чтобы позволить моему спасителю пройти.

— Это нам, — отрезает тот.

Меня тут же болезненно кусает совесть. Молодец я, что уж там. Арвин тоже ничего не ел весь день, но, когда решил подкрепиться, то подумал обо мне. А я… Только о себе думала, когда притопала на кухню.

Муж ставит поднос на стол и сгружает блюда с едой. Затем двигает кресло поближе к столу, усаживается на стул по соседству и жестом приглашает присоединиться к трапезе.

Желудок ноет так, что второй раз меня приглашать не приходится. Решительно иду к столу и усаживаюсь на кресло, удобно забираясь на него с ногами.

Накладываю в свою тарелку хлеба, сыра и огурец. Отправляю в рот кусок за куском. Мы оба едим с аппетитом, молча, только монотонно похрустываем огурцами. Когда насыщаюсь, и от желудка по всему телу растекается приятное тепло, я откидываюсь на спинку кресла и мечтательно шепчу:

— Спасибо. Мне кажется, я никогда в жизни ничего вкуснее не ела.

— Так всегда кажется, если долго не ел, — посмеивается он, продолжая жевать.

С восхищением наблюдаю, с какой энергией и уверенностью двигается муж после изматывающего дня, а вот я так расслабилась, что у меня слипаются глаза. На полном серьезе взвешиваю возможность переночевать в кресле, потому что встать с него, похоже, сегодня не получится. Глаза потихоньку закрываются, и вдруг, совершенно неожиданно, муж произносит:

— Иствуда можешь не бояться. Он тебя больше не тронет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Когда смысл сказанного доходит до моего сознания, сна как не бывало. Открываю глаза и в упор смотрю на мужа. Он ест себе спокойно, будто ничего особенного не сказал.

— Как… То есть откуда вы знаете про Иствуда?

— Откуда я знаю про Иствуда что? — он иронично вскидывает бровь.

— Что он меня...

«Что он хотел меня соблазнить или взять силой», — никак не получается произнести вслух. Мне неприятно говорить мужу, что меня хочет другой мужчина. Хотя, казалось бы, какая мне разница, что он думает?

— Откуда я знаю, — наконец, с усмешкой выдает он, — что Иствуд хотел тебя взять?

— Да.

— Он хочет всех красивых женщин. Замужних, незамужних, — отвечает Арвин, лениво отрывая кусок хлеба от ломтя. — Такую, как ты, сложно не заметить. И не захотеть.

Такую, как я? Эм... Интересно. С трудом возвращаюсь к нити разгвоора.

— Но откуда вы узнали, что произошло на кухне?

— Я увидел свет в окне. Понял, что ты не спишь. Иствуд вышел «на минутку» из шатра и пропал. Я умею складывать дважды два. Братец Его Величества так оскандалился во дворце, что королю пришлось сослать его на войну, в самое пекло, чтобы его не убили на поединке рассвирепевшие мужья. Это была бы позорная смерть.