Книга Августина лучше всех, страница 78 – Юлия Васильева

— Все верно, Тина, зачем тебе мамины советы?! У тебя есть и другие таланты! В конце концов, если что-то пойдет не так, скончавшегося пациента всегда можно потом поднять и спросить, что именно.

Думаю, если бы родители слышали совет, выданный ребенку, Зенон Кермез получил бы знатную взбучку. Но мой дядя слишком хитер, чтобы делиться ценными мыслями прилюдно.

Его заявление несколько шокировало меня, но все же имело благоприятные последствия. Я стала спрашивать советов матери в лечении, а в институте была одной из первых на целительском курсе.

Но надо возвращаться к поездке.

Гусма появилась на пороге дома с тяжелой корзиной в руке. Из-под полотенца, закрывавшего содержимое, кокетливо торчал хвостик копченой колбасы. Молодые люди переглянулись, а Терри, несмотря на недавний завтрак, кажется, даже сглотнул слюну.

— Так у нас все же вызов духов или пикник? – уточнил он.

Я повернулась к Гусме:

— Лала, что это?

— Знаю я тебя, касим: наколдуешься и будешь всю обратную дорогу животом урчать. А с нами кавалеры, вон аж целых два, и одного бы тоже стоило откормить. Вряд ли вас в замке хоть корочкой от лепешки угостят… – С этими словами иланкийка забралась в коляску и гордо устроила корзину у себя на коленях.

Вернувшись к мысли о том, как отнесутся Северины к нашему вторжению, я задала мучивший меня вопрос уже в дороге:

— Может, нам стоило предупредить хозяев замка о том, что мы собираемся делать?

— Не волнуйтесь, – тут же откликнулся Марк. – Я послал официальное уведомление еще вчера вечером. Так что наше вторжение будет соответствовать всем пунктам закона…

— Вы что-о‑о? – Я даже подпрыгнула на сиденье, представив, с каким лицом Ролан прочитал это послание.

— Да, ты это зря, – поддержал меня Терри. – Теперь колбасы на всех не хватит.

Теперь перед моим мысленным взором встали воображаемые лица Северинов, обнаруживших, что мы заявились на их семейное кладбище с корзинкой для пикников.

Я застонала.

— Согласен, дело щекотливое, – сказал Марк. – Именно поэтому все наши действия должны быть максимально прозрачными.

Куда уж прозрачнее!

Я попыталась прикрыть предательский колбасный хвостик полотенцем.

— Правильно, – Лось бросился мне на помощь, – так нам больше достанется!

Гусма и гесс Биргит ошеломленно переглянулись.

Господи, ну почему все, в чем участвует Терри, превращается в фарс?

Видимо, чтобы вернуть ситуации хоть какую-то серьезность, Марк решил сменить тему:

— У меня хорошие новости про дневник. Отец уже смог расшифровать первые страницы. Если кратко, то оказалось, что наш предок пользовался иланкийскими символами как буквами. И только в ряде случаев вставлял их в качестве тех слов, которые они обозначают. Например, «корабль» или «море». Людям он придумал краткие прозвища. Так, Ральф Северин пишется у него лишь одним символом – «борода».

Я хмыкнула, вспомнив козлиную бородку клинышком на парадном портрете, безвозвратно испорченном Чоком.

— Так что там, в этом дневнике?

— Это не совсем дневник, – с удовольствием стал рассказывать Марк. Можно спорить, что он сам немало помог с расшифровкой. – Записи скорее похожи на краткий конспект событий. Думаю, отец прав по поводу отчетов для тайной канцелярии. Адмирал отмечает, что до плавания Ральф часто и надолго пропадал где-то, никто не знает где. Как бы то ни было, на корабль гесс Северин явился не один, с ним были туземная принцесса (так он ее называл), две ее служанки и большой полосатый кот в клетке.