Книга Августина лучше всех, страница 80 – Юлия Васильева

Могильные камни Камиллы и Карлотты Северин, казалось, клонились друг к другу – две сестры, одна фамилия, что в девичестве, что в замужестве, и такая разная судьба.

Было решено начать с Камиллы.

— Тебе не нужны свечи или жертва? – спросил Терри, несерьезный даже в самый ответственный момент.

На удивление его глупая шутка помогла мне расслабиться и перестать сжиматься в предчувствии неприятной процедуры.

— Свечи – нет, – в тон ему ответила я, – а жертва суеверий у нас уже есть. Не хватает только тишины.

Лось хмыкнул, но притих, позволив мне спокойно встать на колени перед нужным камнем.

Выдохнув (будь что будет!), я положила руки на землю и позвала: «Камилла…»

Отклик последовал незамедлительно. Вверх по протянутому лучу силы хлынула чуждая энергия, оттолкнула меня и заколебалась над могилой в ярких лучах солнца.

Она была невысокая, тоненькая, со светлыми вьющимися волосами, так непохожая на свою сестру, изображенную на парадном портрете в зале у Северинов. Чудилось что-то страшно одинокое в этой колышущейся в воздухе фигурке, и я поневоле почувствовала, как волоски на моем затылке встают дыбом.

Краем глаза я заметила вскинувшую руки ко рту Лунару и Лилию, обнявшую ее за плечи. Конечно, Лу тоже должна была видеть фантом.

— Не знал, что они настолько реальны, – прошептал Марк, который вдруг и сам побледнел не хуже призрака.

Я не позволила себе поддаться удивлению. Поднятый дух был старым, нестабильным и то и дело распадался от малейшего дуновения ветра. Моей силы явно не хватило бы, чтобы держать его долго. На диалог не стоило и надеяться.

Значит, предстояло неприятное действие, и следовало совершить его быстро.

Я встала на ноги и, набрав побольше воздуха в грудь, шагнула в мерцающий фантом.

В голове был только один вопрос: «Что с тобой случилось? Что с тобой случилось?»

В первый момент меня обожгло жутким холодом, так что руки закоченели моментально. Несуществующий ветер трепал волосы и стегал ледяными порывами по открытой коже.

«Что с тобой случилось?»

«Мне приказали… Я уснула…»

«Кто приказал?»

«Мне приказали… Холодно… Здесь слишком холодно… и хочется спать…»

Внезапно призрак распался, и я обнаружила себя на ярком солнечном свету, дрожащую так, что впору брать в руки банку с молоком и взбивать масло.

— Касим, да что ж это такое? – запричитала Гусма, но первым, кто сдвинулся с места, был Терри, накинувший мне на плечи свою куртку.

— Тебя будто в прорубь окунули, – хмыкнул он, быстрыми движениями растирая мои ладони.

— А ну, брысь! – цыкнула на него няня. – Не трогай то, что пока не твое. Вот, держи, касим, пей.

Она сунула мне в руки кружку с вином. Значит, в корзине была не только колбаса.

Я отхлебнула и закашлялась.

— Что это?!

— Вишневая настойка, мастер Клини делает, – пояснила Гусма. – Большой молодец. Хорошая выходит.

Да уж, лучше некуда…

— Почему я ее видел? – спросил все еще потрясенный Марк.

— Потому что вы из одного рода, – предположила Лунара.

Я покачала головой:

— Этого недостаточно. Гесс Биргит, вы уверены, что у вас нет совсем никакого дара?

— Нет, – растерялся Марк.

То, что он видел призрака, говорило об обратном. Может ли дар спать так глубоко, что заметить его удается только по косвенным проявлениям, как сейчас?

Не знаю. Но Биргиты умные, они докопаются.