Книга Августина лучше всех, страница 37 – Юлия Васильева

— Ей очень понравился ваш дом и пристань, – увильнула от прямого ответа я.

— Тогда у вас есть выбор: спуститься со мной в архив или вниз по реке на лодке, – предложил Марк.

Если он думал, что предоставляет мне сложный выбор, то сильно ошибся.

— Конечно, архив, – ответила я.

— Архив так архив, – легко согласился Марк. – Но имейте в виду, что лодки без нас никуда не уплывут.

Ах, Нора, ты уже думаешь, что на материке я превратилась в ужасную кокетку. И да, наверное, в этом что-то есть. Я намеренно флиртовала с Роланом, неосознанно с Марком и даже, страшно сказать, с Терри, и все знаешь почему? Потому что для Маи Лакшин флирт был лишь флиртом и не нес никаких серьезных последствий. Тогда как Августина Кермез расплачивалась за каждую брошенную не в том направлении улыбку в лучшем случае испорченным настроением от сплетен, в худшем – утомительной обороной от нежеланного ухажера.

Ты скажешь, что с Марком тоже надо быть аккуратней, раз он выяснил, кто я такая. Не буду пока на это отвечать, дочитай письмо, и все поймешь.

Так называемый архив располагался в подвале по соседству с винным погребом. На первый взгляд не лучшее место для хранения документов, но, войдя, я почувствовала, что воздух внутри сухой, несмотря на близость реки. Есть нечто такое в планировке этого здания, что поддерживает идеальную атмосферу в каждой отдельной его части. На террасах и во внутренних двориках дует приятный ветерок, смягчающий жар летнего солнца, в холле прохладно и свежо…

— Наши предки умудрились спроектировать идеальную систему воздуховодов, – ответил Марк на мой невысказанный вопрос. – Мы до сих пор продаем копии чертежей этого здания за приличные суммы.

— Как интересно, я думала, среди соседей специалисты по архитектуре – Северины, – откликнулась я, трогая абсолютно сухие стены подвала. Кроме атмосферы, он казался ничем не примечательным: большой письменный стол посередине с парой старинных кресел, закрытые книжные шкафы по стенам и высокая бархатная драпировка в самом конце, чтобы избавиться от эха, как мне подумалось в тот момент.

— Все верно, тогдашний владелец замка, Ральф Северин, участвовал в постройке Ближнего Берега, мы считаем, что именно благодаря дружбе с ним Биргиты наконец-то осели на земле.

Мне показалось странным то, как он это сказал, поэтому я переспросила:

— А до этого?

— До этого корабли были нашим домом.

— Ваш отец точно сочтет меня дурочкой, так как только сейчас я вспомнила, что колонизация Иланки по-настоящему началась с высадки флотилии под командованием адмирала Барта Биргита.

— Именно он и построил этот дом, – усмехнулся Марк.

Наша беседа на историческую тему была прервана глубоким вздохом Гусмы. Няня шумно села на стул, сложила руки на животе и, видя, что я на нее оглянулась, с неудовольствием сообщила:

— Теперь понятно, почему он такой худой и бледный, лучше бы на лодке девушку покатал.

— Чем на этот раз восхищается ваша охранница? – с усмешкой спросил гесс Биргит, явно уловивший, что восхищением здесь и не пахнет.

— Если бы вы предложили лодку или подвал ей, она бы выбрала лодку, – заговорщически сообщила я.

— В следующий раз я буду знать, с кем договариваться, – таким же тоном ответил Марк.

А знаешь, Нора, не такой уж он и высокомерный, возможно, это просто схожесть с отцом и сестрой играет с ним злую шутку.