Книга Охота на эмиссара, страница 120 – Селина Катрин

— Фабрис перестанет улавливать бета-колебания! — почти зарычала на дока. — Он же станет калекой!

Мне вдруг захотелось стукнуть собеседника чем-нибудь. Вселенная, я не цварг, но представить себе не могу, что такое потерять орган восприятия информации, будь то зрение, нюх или осязание… Для цваргов доверять резонаторам так же естественно, как мне — трогать кружку с кофе и решать, достаточно ли он горячий. Я уже не говорю о том, что такой Фабрис, скорее всего, не сможет продолжать карьеру в эмиссариате.

— Что вы на меня голос повышаете, Даниэлла?! — внезапно огрызнулся Грэф. — Да, это трагедия! Я признал. Чего вы ещё от меня хотите? Фабрис Робер сам виноват! Если бы вместо того чтобы по прилёте составлять рапорт о деле, он рванул ко мне и донёс ситуацию, то можно было бы ещё что-то сделать! А теперь уже поздно!

— Что же, например? Почему тогда ещё можно было, а сейчас нельзя?! Вы же сами сказали, так и так поздно для ввода ещё одной дозы антидота. Соврали, получается? А когда вы звонили ночью и требовали от меня выметаться из квартиры эмиссара, уже было поздно? Или нет? Вы не можете ему помочь или не хотите? Мне кажется, что вся ваша медицина попахивает каким-то откровенным лицемерием!

— Я не врал! — Голос на том конце превратился в угрожающий рык. — Ещё никто меня не называл лгуном или лицемером, Даниэлла, и вы бы поостереглись! Я объяснил как есть. Да, для второй дозы антидота было уже поздно, но пока до сознания Фабриса можно было достучаться! Я бы потребовал, чтобы он засел в швархов тренажёрный зал и сдох там от физических нагрузок! Пока его разум ещё не был затуманен животными инстинктами, можно было бы заставить организм как можно скорее вывести отраву с по́том и снизить концентрацию хотя бы до таких пределов, чтобы она не угрожала выжечь его резонаторы. Но что есть, то есть! Теперь уже совершенно точно поздно, сейчас там не с кем разговаривать!

«Вывести отраву с потом».

Меня оглушило, сердце на миг пропустило удар.

— То есть если, например, кто-либо завёл бы Фабриса в душ и включил горячую воду…

Я облизала губы, пытаясь сформулировать удобоваримый вариант решения, но не тут-то было.

— Даниэлла! Вы совсем меня не слушаете?! — Судя по интонациям, я довела собеседника до точки кипения. Он окончательно отбросил вуаль традиционно цваргских расшаркиваний в сторону и гаркнул: — Я уже объяснил, что эмиссар на ближайшие две недели будет из себя представлять отупевшее агрессивное похотливое животное, которое только спит и трахается! А если рядом будет источник бета-колебаний, да хоть морская свинка, то он даже не вспомнит про еду, обойдётся бета-колебаниями! Настолько сильно низменные инстинкты возьмут в нём верх! И что вы предлагаете? Отправить в его квартиру молодых и зелёных эмиссаров, чтобы связать и уложить в ванну?! И попросить полежать там денёчек?! Да он нафарширует их в один миг своим хвостом, как только они попытаются его связать!!! Это я не говорю о том, что даже не знаю, где живёт Фабрис, та ещё морока будет выяснить этот момент…

— Я бы могла подсказать адрес, — вежливо вставила, впрочем думая больше о своём.

— Повторяю, СБЦ не станет рисковать своими единицами, а я, в свою очередь, не стану рекомендовать решение с горячей ванной хотя бы потому, что оно не даёт никаких гарантий. Чисто теоретически — может помочь. Фактически, как я уже говорил, у меня нет чисел, чтобы произвести расчёты. Робер сам во всём виноват, — отрезал Аднот, чем всколыхнул у меня внутри ещё одну волну негодования.