Книга Генетика любви, страница 19 – Селина Катрин

— Эй, а ты куда? Уже улетаешь, что ли? Неужели с бабушкой и дедушкой не попрощаешься? – догнал его встревоженный окрик.

— Попрощаюсь, разумеется. Сейчас положу все в багажный отсек, чтобы не забыть, побегаю в горах до ужина, а там уже стартану в ночь на Юнисию.

— Ты бегаешь в такую жару?! – изумились Стефан и Софос хором.

— Даже не состоящие на военной службе консультанты Академии Космофлота обязаны держать хорошую форму, – усмехнулся Себастьян.

На самом деле астробиолог сообщил лишь частичную правду. При желании он мог бы и вовсе не заниматься спортом, но Юнисия требовала от своих жителей действительно отличного физического состояния – пойди переплыви от острова к острову по разреженному морю! Да, конечно, мех-левы^[1] – костюмы для плавания – помогают, но, если ты живешь на отдельно парящей от Академии территории, плавать придется по меньшей мере два раза в день: на работу и обратно.

Себастьян быстро переоделся, крикнул «пока еще не прощаюсь» и трусцой направился к ближайшему коралловому озеру. В голове сформировался план, что после маршрута в горах можно будет подыскать место потише и окунуться.

Коммуникатор показал семнадцать километров с перебросом, когда на глаза попался деревянный причал, идеальное тихое место, чтобы охладиться. Ноги сами собой свернули на настил, сделали несколько шагов по инерции… Из-за массивных вертикальных бревен, служивших чем-то наподобие не то забора, не то украшения причала, Себастьян не сразу заметил девушку.

Худенькая цваргиня в элегантном бежевом платье сидела на досках, обхватив колени одной рукой, второй она кормила пару черных лебедей. Изящная тонкая кисть словно в грациозном танце плавно двигалась в воздухе, отламывала кусочек круассана, кидала его птицам и возвращалась обратно. Ветер колыхал ореол коротких, вопреки местной моде, волос, а профиль девушки с нахмуренными черными бровями выдавал глубокую задумчивость. Поза скрывала фигуру, но под очертаниями платья угадывались полная мягкая грудь, длинные ноги и тонкая талия. Цваргиня была определенно красива, но не той яркой рафинированно-глянцевой красотой, которую Себастьян видел в девушках, тщательно собирающихся на свидания, а какой-то воздушной, естественно-нежной.

Себастьян подумывал развернуться и поискать другое место для ныряния, но вот незадача – бета-колебания незнакомки коснулись резонаторов, и разум поплыл. Эмоции незнакомки звучали в его голове томной тихой музыкой, бесконечно печальной и мелодичной, но такой завораживающей, что дух захватывало, а по запаху напоминали ароматные цветы сирени.

— Красивая пара, – пробормотал Касс, зависнув и откровенно смакуя эти невероятные бета-волны.

Он общался со многими женщинами, но ни одна из них не пахла так вкусно, что голова начинала кружиться.

— Что?

Красавица обернулась. Карие глаза посмотрели на него… ну, в общем-то, как на идиота.

— Эти лебеди – красивая пара, – повторил Себастьян, вспомнив, в каком он виде: потный после пробежки, в спортивных штанах, волосы собраны в низкий хвост… Швархова праматерь! В таком ужасном виде он не представал еще ни перед одной цваргиней. Надо было извиниться, взять номер коммуникатора и договориться о встрече, но язык нес совсем не то, о чем думал мозг: – Говорят, они однажды выбирают супруга или супругу и живут вместе всю жизнь.