Книга Генетика любви, страница 21 – Селина Катрин

«Не всегда. На мне произошел сбой… А жаль!»

— Ох, вам это, наверное, неинтересно…

Я хотела возразить, что, наоборот, очень даже интересно узнать побольше обо всем этом, но осеклась. Морис не любил, когда я кому-либо сообщала о своей полукровности.

«Не затем я тебе документы выправлял, чтобы ты трепалась всем подряд о грязной составляющей».

— А касательно планеты, тут вы правы, – тем временем продолжил Себастьян, уходя от опасной, но такой интересной темы. – Я родился и прожил всю жизнь на Юнисии. Сюда приехал в отпуск.

Я призадумалась, пытаясь вспомнить школьный курс астрографии и звездных карт Федерации. Шварх, это так давно было! Название планеты не ассоциировалось ни с чем.

— Это далеко от Цварга?

— Это планета в системе Соло, находится на краю Федерации, но все же внутри границы, – вежливо подсказал Себастьян, даже не попытавшись покритиковать мое скудное образование.

«Морис обязательно сделал бы замечание».

Мужчина с энтузиазмом принялся рассказывать о потрясающем месте, откуда он прибыл: парящие в разреженном море острова, необычные полые деревья и яркие цветы в виде перьев, голубая звезда-магнитар со странной конструкцией-сферой поверх, нейтрализующей опасное излучение. Всех нюансов и терминов я полностью не поняла, но вид у Себастьяна был до того одухотворенный и восторженный, когда он описывал полеты-плавания в специально разработанных для этого костюмах, что Юнисия не могла не понравиться.

Глаза Себастьяна блестели, он энергично размахивал руками, объясняя, почему вода на Юнисии отличается от воды на любой другой планете, и в какой-то момент, явно забывшись, стянул кроссовки, чтобы опустить ступни в озеро. Причем сделал это так небрежно, будто обувь на его ногах стоила не маленькое состояние, а была всего лишь домашними тапочками. В последнюю секунду, когда мужские ступни уже почти коснулись глади озера, он вдруг смущенно замер.

— Ой. Я совсем забыл. Это же Цварг. Это здесь считается приличным?

* * *

Себастьян Касс

Вселенная!

Он готов был провалиться нестабильным туннелем до ближайшей необитаемой планеты, осознав, что так заболтался, что в присутствии цваргини снял обувь.

Девушка неожиданно громко расхохоталась. Исходящие от нее бета-колебания вдруг стали такими резонирующими, что Себастьян почувствовал себя пьяным от счастья. Он был готов дурачиться всю жизнь, лишь бы только слышать этот теплый звонкий смех.

«Эта девушка создана, чтобы смеяться».

Цваргиня взмахнула изящными, словно лебединые крылья, руками, скинула босоножки и тоже опустила лодыжки в воду.

— Похоже, вы, Себастьян, совсем редко бываете на Цварге. Нет, тут, конечно, строгие нормы приличий, но разуться летом на природе – вполне нормально. Я сама обожаю ходить босиком по дому. Удобно!

Она провела ногами по воде туда-сюда, от чего по коралловой глади пошли мелкие волны.

Выпрашивающая круассан пара птиц решила отплыть подальше.

— О-о-о… Как же хорошо-о-о!..

Она прикрыла глаза от блаженства, а кадык Себастьяна внезапно дернулся. В его голове ослепительной вспышкой пронеслась совершенно неприличная картинка того, как эта девушка вибрирующе томно стонет эти слова на ухо. Он помотал рогатой головой и мысленно порадовался тому, что на нем свободные спортивки.

— А вы где-то бывали помимо Цварга? – кашлянув, спросил Себастьян, чтобы поскорее отвлечься.