Книга Принцесса Восточного Созвездия, страница 98 – Селина Катрин

— Хорошо, — серьёзно кивнул. — Я учту.

Больше Шейна не говорила ни слова о гиенах. Я же стал ежедневно брать гравибайк, чтобы за кратчайшее время добраться до города, там прятал его за камнями недалеко от стен, набрасывал на себя плащ с глубоким капюшоном, прятал хвост и надевал бежевые перчатки. С учётом напекающего солнца и привычки половины горожан укутываться во множество слоёв тканей я очень легко сливался с местными.

Изначально была мысль попробовать разузнать, в какие пещеры и куда именно определили Инну Фархас. Тот выжигающий душу взгляд всё никак не шёл из памяти, и я хотел, чтобы Фабрис забрал несчастную террасорку в первой сотне. Слово за слово, пока я прислушивался к местным сплетням на базаре и тихим разговорам в чайханах, я выписал для себя ещё пару десятков имён «грязных» женщин, которых надо забирать отсюда в первую очередь.

Чтобы как-то систематизировать получаемую информацию, я принял за правило раскладывать жучки по злачным местам. Идрис Свет Истины был прав — оказалось, Гафур принял позорное поражение очень близко к сердцу. Пару раз я отлавливал фразы, что Лев Пустыни собирает три дюжины паладинов, чтобы показать «этому худосочному лиловому пришельцу, что он не достоин приёмной дочери эмира».

По-хорошему, надо было бы найти Гафура и напомнить, что бой был выигран честно, но я рассудил, что непозволительно тратить драгоценное время на такую ерунду. Меня занимала всё больше и больше информация о скалах с добычей каменных роз близ Аль-Мадината, но на границе с другими городами. Слышал обрывки разговоров о том, то нашли раздавленные камнями тела девушек в пещерах, принадлежащих городам Аль-Сахра, Бахар-аль-Джазира и Маариф-аль-Хикма. К сожалению, всё же в скалах близ Аль-Мадината несчастных случаев было больше всего.

Кулаки непроизвольно сжимались, когда какой-то купец рассказывал очередную неприятную историю, а его коллеги по ремеслу лишь презрительно фыркали:

— Какая разница, что у неё с руками и как её похоронили. Она же была грязной, — говорил один и требовал заменить ему кальян на свежий.

— Эка невидаль, подумаешь, умерла. Женщины ещё нарожают. Смотреть за дочерями лучше надо и надевать рукавицы до возраста бутона, — возмущался второй.

— Это всё наказание от Владыки! Зря в Аль-Мадинате отменили закон об обязательном очищении. Эмир Идрис Свет Истины слишком попустительски относится к тому, что некоторые женщины не следят за дочерями как следует. Вот в мою молодость всех дев сгоняли и досматривали, а поверх рукавиц нацепляли такое кольцо, чтобы только кузнец снять мог. И пороть их надо! Пороть! Чтобы лишний раз рта не раскрывали! — заливаясь финиковым вином, кричал ещё один толстый террасорец.

Слушать всё это было крайне мерзко, а сердце то и дело сжималось, когда очередной сексист рассказывал, что «грязная получила по заслугам».

— Янн, возьми себя в руки. Ты ничем им сейчас не поможешь. Да, можешь выкорчевать заразу и спасти нескольких девушек из пещер, разнеся их места добычи каменных роз в клочья, но чего добьешься? Террасорцы воспримут это как агрессию, и после этого народ не захочет сотрудничать с цваргами и отдавать женщин вообще. Никаких. Понимаешь? — устало повторял Фабрис одно и то же, когда я дозванивался до него и просил разрешения на решительные действия. — Мы уже летим, скоро будем. Просто попытайся дождаться нас и не натвори дел.