Книга Принцесса Восточного Созвездия, страница 67 – Селина Катрин

Шейна

— Я грязная.

— Чистая, грязная, да… какая-то у вас тут странная градация, я не разобрался.

Две последних фразы нашего диалога так и крутились бездумно в голове.  В груди похолодело, когда я осознала, что Янн действительно не понимает, кого берёт в жёны.

Может, это всё-таки была какая-то шутка? Ну как можно не понять?

Стеклянным взглядом я обвела гостевые апартаменты. Массивная тумбочка с мраморной столешницей подпирала дверь в комнату, и я чувствовала от этого себя чуточку спокойнее. Двери во дворце в гостевых апартаментах и на женской половине не запирались: считалось, что женщинам и гостям с добрыми намерениями прятать нечего. Я всегда принимала это правило в доме эмира как закон Владыки, но только сейчас осознала, насколько же уютнее и смелее себя чувствую, когда дверь заперта, пускай и таким грубым способом.

Давным-давно Франгаг нашла у меня в комнате чужое украшение и жестоко выпорола розгами за воровство. Я понятия не имела, откуда под матрасом появилась заколка её дочери, но подозревала, что последняя сама же мне её и подложила. Из всех дочерей эмир только мне разрешил работать в чайхане и иметь собственные, пускай и небольшие деньги.

Из горла непроизвольно вырвался судорожный вздох, когда взгляд наткнулся на засохшие окровавленные простыни. Я сглотнула горько-колючую слюну, подтянула колени к подбородку и обняла их, стараясь унять дрожь.

Нет, ну не мог Янн не понять! Я же чуть не убила его!

«А может, он специально оставил эти простыни, чтобы меня наказали?»

«Нет, Янн не такой!» — решительно отмела эту мысль.

Я машинально потёрла зудящие предплечья. Они всё ещё ныли, хотя я провела в «украшениях» не более минуты. Франгаг на правах старшей во дворце замкнула их, хотя по традиции это должен делать жених.

И всё-таки, почему Янн пришёл на мою свадьбу с Гафуром? Что теперь будет делать со мной, ведь у него уже есть жена? И как его рана в боку?.. Ему же скакать несколько часов по пустыне к скалам туда и столько же обратно.

Я поёжилась, чуть-чуть повернулась, чтобы размять затёкшую ногу. Мысли в голове крутились, как песок в сезон знойных вихрей, но при этом меня знобило. А что будет со мной, если Янну вдруг станет плохо и всё вскроется? Что будет, если всё вскроется только на Цварге? Нет, он был добр ко мне, я не имею права скрывать правду так долго, он должен знать!

Не представляю, до чего бы дошли мои размышления, но в этот момент дверь скрипнула, и тяжёлая тумба, которую я битый час усердно толкала к проёму, отлетела в стену словно мяч, а в следующую секунду с грохотом разлетелась на щепки.

Я ошарашенно встретилась с тёмно-карим взглядом. Волосы Янна развевались шёлковым покрывалом по плечам и одежде, на висках блестели капельки пота, а губы побледнели и обветрились. Мужчина тяжело дышал, придерживая запылившийся от мелкого пустынного песка плащ в районе живота ладонью. Острые носы причудливых ботинок потеряли притягательный глянец и тоже значительно посветлели. Я невольно поймала себя на том, что даже такой взмыленный и уставший Янн невероятно красив.

— Что это? — Цварг изумлённо посмотрел на остатки тумбочки.

— Тумбочка. Я ею дверь подпёрла…

— Ах, точно. — Он наморщил лоб и потёр переносицу, словно вспомнил что-то неприятное. — А ты что тут делаешь?