Книга Агент сигма-класса. Больше, чем адъютант, страница 52 – Селина Катрин

На этот раз лестница вела так резко и глубоко под землю, что мне пришлось несколько раз воспользоваться прихваченным баллоном со сжатым кислородом. Также пару раз я спешно спряталась за каменными выступами и опиралась на стену, чтобы дать пройти лёгкому головокружению. Температура воздуха значительно поднялась, и умный костюм уже справлялся с термоизоляцией и охлаждением не так хорошо, как двумя уровнями выше. Один раз я чуть не столкнулась с трасками, но, судя по всему, изнуряющий удушливый воздух негативно действовал и на самих рептилоидов, потому что они прошли мимо в каких-то двух или трёх шагах, не заметив меня.

— Эти кейтерцы неплохо переносят жару, но слишком тупы. Пока обучишь их всему, уже помирать собираются… — цинично произнёс уродливый траск, задев плечом камень в каких-то сантиметрах от меня.

Я затаила дыхание. Если меня обнаружат, то я не смогу помочь Даррену.

— Остальные пленники, конечно, умнее будут, — согласился с ним второй рептилоид, — но не протягивают дольше двух месяцев. Уже что только ни пробовали, даже на этаж под нами переводили, считай, в хоромы, а всё равно дохнут. Больше мороки с тем, чтобы трупы наверх поднять.

— Да, слабаки… — фыркнул первый, обмахиваясь портативным вентилятором.

Я до крови закусила губу, слушая мерзкий и совершенно бесчеловечный диалог. Единственное, что меня хоть сколько-то радовало, что среди всех заключённых, которых я видела в клетках, не было ни единой особи женского пола. Только мужчины. Прислушавшись ещё к паре-тройке диалогов, я поняла, что женщин и детей траски стараются перепродавать сразу же, как только появляется возможность. «В скалах и так тесно, места на нормальных работников не хватает», — посетовал один из чешуйчатых.

Обрывки фраз говорили о том, что траски не просто похищают корабли с разумными гуманоидами на перепродажу в качестве рабов, но и используют самых сильных пленных в качестве добытчиков драгоценного металла. Анализатор на запястье подсказал, что в скалах содержится большое количество иридия. Похоже, именно из-за него пираты развернули такую бурную деятельность, что, впрочем, неудивительно, ведь эта руда на любой планете Федерации ценится выше золота или платины.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, не столько, чтобы насытить лёгкие кислородом, чтобы просто успокоиться. И хотя я уже морально представляла, что увижу, когда коридор расширился, вновь почувствовала, как волоски на теле встают дыбом.

Множество мужчин в невыносимой жаре не покладая рук трудилось, добывая иридий. Красные потные лица, уродливые рубцы по всему телу, застарелые и свежие ожоги, волдыри, пенящиеся мозоли. Кто-то возился с деревянными палками, тщетно пытаясь отколупать кусочки каменных стен, кто-то выцарапывал их ногтями, а кто-то с перекошенной от боли гримасой работал инструментами. При такой температуре к ручкам последних наверняка было невозможно прикоснуться, не заработав ожог, я уже не говорю о том, чтобы крепко сжимать и делать какие-то осмысленные действия. Вся эта добыча редкого драгоценного металла напоминала мне рассказы о Карридо, но я была уверена, что даже там к осуждённым относятся куда человечнее.

Была здесь и бурильная установка, но одного взгляда на неё хватило, чтобы понять, что тот, чья очередь наступает ею управлять, живым из кабины машины уже не выйдет. Слишком много теплопроводящих элементов, которые фактически сваривают сидящего за панелью управления заживо.