Книга Папа для особенной звёздочки, страница 85 – Селина Катрин

— Эллариан, — сказал адмирал Рейтар Хольмарк без каких-либо приветствий, — ты сейчас ставишь под удар всё. Договорённости трещат по швам. Делегации нервничают. Один неверный шаг — и Нор обвинит Хайр, Хайр ответит симметрично. Силы у них равные, всё в напряжении. Две планеты могут сцепиться из-за твоего… взбрыка. Если ты сейчас не повернёшь обратно и не поведёшь «Восход», то твоя договорённость с Советом Адмиралов отменяется. Более того, если начнутся военные действия, то ты пойдёшь под трибунал.

Ксайрон молчал несколько секунд, удерживая «Гепард» на курсе.

— Рейтар, — наконец сказал он, — у тебя есть дети?

Пауза на том конце была слишком длинной, чтобы быть случайной.

— Есть, — ответил Хольмарк глухо. — Двое.

— Тогда ты меня понимаешь, — тихо продолжил Ксайрон. — Планеты можно развести. Договоры переписать. Войны — остановить или проиграть. — Он перевёл дыхание. — А ребёнка, который сейчас тонет от боли, нельзя поставить «на удержание» до удобного момента.

— Ты — адмирал… — начал Хольмарк.

— Я — отец, — перебил Ксайрон. — И это звание для меня сейчас выше.

В динамиках повисла тишина.

— Я тебя понял, — со вздохом ответил Хольмарк. — Постарайся успеть.

Ксайрон отключил канал и дал тягу. Где-то впереди был Цварг. И маленькая жизнь, ради которой он готов рискнуть всем остальным.

— Потерпи, — тихо сказал Ксайрон в пустоту кабины. — Я уже рядом.

«Гепард» нёсся вперёд, а вместе с ним — упрямая, почти отчаянная решимость не опоздать. По расчёту бортового компьютера «Гепарда» оставалось каких-то шестнадцать часов до встречи с малышкой.

Ксайрон воспользовался высоким званием военного и, невзирая на законы, вместо космопорта приземлился прямо у коттеджного посёлка. Стоило выйти из «Гепарда», как на него тут же набросились:

— Адмирал Эллариан! — выкрикнула женщина с резким голосом. — Правда ли, что вы использовали ментальное давление на маленьком ребёнке?

— Скажите, вы получаете удовольствие от издевательств над человеческой девочкой? — подхватил кто-то сбоку, суя микрофон.

— Вы действительно купили её на рынке? Получается, на Цварге все равны, но у военных привилегии? Растите её для удовлетворения своих низменных це…

Кулак Ксайрона впечатался в челюсть акулы пера раньше, чем он сам осознал движение.

Очень редко адмирал позволял себе применять физическую силу. Ещё реже — против гражданского. И никогда — в военной одежде. На миг перед глазами вспыхнули лица членов Совета Адмиралов, их холодные взгляды, приговоры и протоколы.

Ксайрон мысленно плюнул.

Развернувшись, он быстрым шагом направился к дому, чувствуя, как дрожь постепенно уходит, уступая место глухой звенящей пустоте. Толпа испуганно ахнула и расступилась. Больше никто не осмелился выкрикивать омерзительные вопросы, выискивая сенсацию там, где был только страх за кроху.

Первым, кого увидел Ксайрон, был Фалькорн собственной персоной. Уставший после шестнадцати часов тончайшего воздействия на сознание малышки, он полулежал-полусидел в кресле за кухонным столом, а Лолита подливала ему кофе.

— Ох, адмирал Эллариан.

Он попытался встать, но Ксайрон махнул рукой, чтобы тот сидел.

— Простите меня, дурного! — взмолился док. — Я не мог оказывать ментальное воздействие на Элоди без разрешения главного дока клиники, так разволновался, что воспользовался не привычным защищённым каналом, а личным, и… — Он развёл руками. — Меня взломали.