Книга Непокорное счастье для генерала-дракона, страница 12 – Мира Гром, Сима Гольдман

Вопросы были простыми. Где провели вечер? Как? Чем запомнился? Как вела себя сестра в последнее время? Были ли какие-то происшествия… Но все сводилось к одному:

— О, Альва, я так рада нашей встрече! Вы наконец вернулись! — завопило от восторга очередное пустоголовое создание, прикрывающее отсутствие интеллекта пышной гривой огненных волос.

Признаю, очаровательное видение, но все эти охи и вздохи начинали утомлять и раздражать.

— Верно, а теперь, леди Сель, давайте вернемся к сути дела. — Выжидательно уставился на девушку, заглянув ей в глаза. — Было ли что-то запоминающееся прошлым вечером?

Надежды не оправдались.

— О, вчера… вечером… Так вы же прибыли вчера, и мы праздновали…

Все, как одна, запомнили исключительно мое прибытие, но никто не обратил особого внимания ни на Ингрид, ни на леди Лилибет.

На этот раз я решил закинуть удочку наудачу. Сделать опасный ход, который мог спровоцировать поток откровенности.

— Я тут слышал, что у Ингрид появился ухажер. — Такое даже представить себе было сложно, с учетом ее замкнутого, ограниченного одним дворцом, образа жизни, но ведь тонкая женская натура готова на все, лишь бы выдать секреты другой, прикрывшись давлением со стороны. В общем, женщины были прекрасны во всем, особенно в сплетнях. — Покорно взываю к вам и умоляю о помощи, расскажите мне о нем.

Для большей достоверности пришлось пасть к ее ногам. От неожиданности леди Сель охнула и тут же застыла. Я уже знал, что ее щеки густо покраснели, а дыхание сбилось. Разумеется, очаровательная фрейлина была в восторге от близости наследника императорского престола. Шанс стать будущей правительницей льстил каждой, но эту стратегию я решил опробовать на последней. Ее предшественницы ничего толкового не выдали под рычанием, угрозами и методичным потоком вопросов.

Шансов оставалось немного, а время было не на моей стороне. Я был готов даже поклясться в вечной любви, только бы это развязало язык этой юной особы.

— Ох, Альва, — протяжно выдохнула взволнованная фрейлина. — Ну вы же понимаете, что не могу я доносить на свою госпожу. Это неправильно…

Я провел рукой по ее щиколотке, отчего глаза девушки заблестели.

Говорят, рыженькие — страстные натуры. На практике проверять не хотелось. Особенно, когда перед глазами все время стоял образ другой девушки, но на войне все средства хороши. Поэтому беззастенчиво пользовался положением и ярким румянцем на щеках и шее девицы.

— Леди Сель, — бессовестно перешел на более неформальный тон, — это не донос. Неужели вы не одарите своей милостью обеспокоенного брата, сердце которого разрывается от тревоги за младшую сестренку?

Я медленно поднялся с колен и сел на край стола, немного склонился над девушкой. Взяв ее руку в свою, почувствовал, как она слегка подрагивает от волнения. Ее кожа была прохладной и нежной, словно шелк, и я прижал ее к губам, запечатлевая долгий поцелуй на маленькой изящной ладошке. Фрейлина, казалось, вовсе перестала дышать. Ее грудь едва заметно поднималась и опускалась, а глаза засветились странным огоньком. Любопытство. Страх. Трепет.

— Она очень близка с леди Кателл. Уверена, что если и есть у нее воздыхатель, то только Лилибет ответит вам на этот вопрос…

Кателл. Опять всплыла эта девица. Та самая, у которой потеря памяти.