Онлайн книга «Крапива»
|
— Тронешь – убью, – коротко бросил он ведьме и хлопнул дверью. А Крапива стояла ни жива ни мертва. Затухающие угли перемигивались в очаге, бурый след от зелья искривился вместе с ухмылкой княжича. — Мне вдругорядь повторить? – прохрипел он. В избе было донельзя душно, дымовые оконца едва выпускали жар, но Крапива вдруг словно в проруби очутилась. Она на негнущихся ногах приблизилась и встала у ложа. — Сядь. — Не могу, княжич. Задену ненароком… — Так не задевай. Двигаться ему было больно. Влас и рад бы хоть голову повернуть, чтоб рассмотреть ведьму, да никак. Крапива присела на самый краешек перины и положила руки на колени. Не дай Рожаница хоть кусочком голой кожи прислонится! А княжич словно проверял силу проклятья, словно нарочно напрашивался. — И что же, – негромко спросил он, – никто прежде до тебя не докоснулся? Крапива не отводила взгляда от сцепленных в замок пальцев. — Случайно только. — И мужчины ты не знала? Жар прилил к щекам. Девица покачала головой и, поддавшись внезапной злобе, выкрикнула: — И знать не хочу! Княжич показал белые зубы что оскалился. — Как поднимусь, со мной поедешь. У Крапивы перед взором всё поплыло. — Как? — Поедешь в терем. Станешь молодшей. Лязгнули волчьи челюсти – прокусили мягкий заячий загривок. Молодших жён в Срединных землях вот уже целый век не заводили. Дорого, накладно… Да и кто отдаст свою кровиночку в чужую семью, где у неё не будет ни прав, ни владений? Молодшие только звались жёнами, на деле же чисто рабыни. Но и за такую долю, случалось, боролись. Коли своего дома нет, коли нужда заставила, коли терять нечего… Лучше уж знатного да богатого ублажать, чем побираться… Нет, не лучше! — Не поеду, – пролепетала Крапива. — Не бойся, не обижу. Ещё сама… ластиться начнёшь. — Это тебе дружина подневольная, а мне приказывать не моги! Крапива вскочила, и вовремя, ибо княжичу достало глупости выпростать вперёд руку – схватить поверх рукава. Он со стоном поднялся на локте. — Ты, видно, решила, что я спрашиваю. Не играй со мной, ведьма. Если прикажу, односельчане тебя в короб сунут и мне с поклоном поднесут. И поднесут ведь! Матка Свея поругается, поломает старенький деревянный забор со злости, да и смирится. Сами ведь пригласили княжича в Тяпенки, сами молили о защите… — Ты нам не господин, чтоб приказывать! Раны были свежи, не пустили молодца в погоню, и он завалился навзничь. Крапива же выскочила вон. Старый Несмеяныч, дежуривший у входа, тут же метнулся внутрь: мало ли, что ведьма натворила над его воспитанником? После жаркого тяжёлого воздуха избы летний зной снаружи показался едва ли не благословением. Крапива прислонилась спиною к стене и, не в силах боле держаться, сползла на землю. Так её и застала Матка, спешащая к гостям с примочками из кислого ледяного молока. — Грозился? – коротко спросила она. Крапива кивнула. Грозился, что уж. Вот только не выпороть и не казнить, а куда как хуже… — Домой иди да со двора не показывайся, покуда не уедут. Кликну, если хуже станет. Крапива и рада бы домой, да ноги со страху держать перестали. Она попыталась встать, но не сумела. И ведь не подаст никто руки, не доведёт до родной избы… Цепляясь неверными пальцами за стену, она поднялась и поковыляла прочь. * * * Родная изба издревле служила защитой. Не пропустит злого человека крепкий сруб, истребит лихорадку жаркая печь, отгонят злых духов обереги в Светлом углу. Крапиве же, вот диво, всегда покойнее было не дома, под сенью святого дерева, а во дворе. Дерево-то в избе мёртвое, дыхание его едва учуять можно, а в огородике поют песнь травы. И песнь та одной травознайке слышна. |