Онлайн книга «Крапива»
|
— Смэрть трусам, – раздельно произнёс Брун и голодной шавкой обернулся на Змея: всё ли сделал, хозяин? После поднял отброшенный меч, обтёр со всех сторон и вернул владельцу. Змей принял его с гримасой брезгливости, смахнул стекающие по лбу бусины влаги, и проговорил так, чтобы услышали все: — Здесь вождь один. И имя ему Змей. Я решаю, быть ли миру или войне, а не этот слабак. Влас таращился на нырнувшее в грязь лицо Стрепета. Лужа пузырилась, но поди разбери – дыхание заставляет бурлить её или хлёсткие струи воды. Где-то далеко-далеко выругался Шатай, звякнуло железо. Но кто с кем бьётся, не понять… Княжич с усилием перевернул Стрепета на спину, чтоб не захлебнулся. — Вождь! Вождь, не смей умирать! Над головой княжича оглушительно громко зазвенели клинки: то шляхи из племени Иссохшего Дуба кинулись биться за своего главаря. Бывшего, но всё ж не потерявшего уважения. Влас и не заметил, как окружили его, обороняя, те, кого он звал врагами. В числе прочих сражался и Шатай. А княжич наклонился к Стрепету, ловя его последний вздох. — Я жэ… — Что, вождь, что? Говори! — …сказал, что мира меж нашими зэмлями нэ будэт, пока жив… тэпэрь… пришёл срок. На суровом лике вождя расцвела робкая улыбка. Нынче его встретит в небесных чертогах не только Хозяйка Тени. Его будет ждать та, с кем Лихо разлучило давным-давно. Княжич дрожащей рукой закрыл навеки ослепшие глаза Стрепета, и разом звуки бойни заполнили всё его существо. Крики и лязг клинков, стоны раненых. Остатки племени Иссохшего Дуба дрались как зверьё, не чая выйти из битвы живыми. Тем и были страшны. Но немного их было… Всего меньше Влас хотел втягивать своих людей в битву. Змей прав: не воинами были жители Тяпенок, лишь отчаянными земледелами. Хорошую хитрость княжич задумал на случай, если не выйдет договориться миром. Он заманил бы врага в селение, а попрятавшиеся мужики окружили бы их. Со сторожевых столбов полетели бы жалящие стрелы, полилась бы кипящая жижа, приводя в безумство противника… Навряд они бы выжили, да и саму деревню ждала разруха, но и войско Змея проредили бы так, что спасшиеся ещё долго не совались бы к срединникам. Хорошая была хитрость… Жаль, что не довелось проверить её на деле. Влас поднялся, локтем вдарил прорвавшегося через кольцо защитников шляха, и свистнул в два пальца. Видимо, правы степные обычаи: не свисти – не будет жена любить. Потому что любить уже будет некого. Условный сигнал пробудил засевших в засаде селян. Старики, с луками стерегущие врага, наконец пустили стрелы в полёт, крики тех, в кого вонзились наконечники, вплелись в песнь натянутой тетивы. Быть сече… * * * Жестоки сыны Мёртвых земель! Заместо воды пьют кровь, заместо мяса грызут тела врагов. Хозяйка Тени ходит за ними след в след, ибо ведает: где шляхи, там и ей найдётся пожива. Шатай вырос с ними. Шатай стал одним из них и рубил без разбору своих и чужих. Но никому не ведомо, как сплетёт Рожаница полотно судьбы, вот и вышло, что юный найдёныш нашёл семью дважды. В семье Иссохшего Дуба научился он зубами вырывать кусок посытнее, на языке железа и огня спорить с друзьями и недругами. В семье срединников узнал, что не стыдно вечерами шутить и петь песни, что и его, никчёмного выкормыша, может полюбить женщина, что даже тот, кого ненавидишь всем сердцем, не предаст, когда дойдёт до драки. |