Онлайн книга «Стужа»
|
— Зябко у тебя… И я… Мороз двинулся так быстро, что Стужа и понять не успела, как оказалась прижатой спиною к полу. Господин же навис над нею, как при первой встрече. Белая борода пощекотала грудь. — Что, девица, погреть тебя? Ну? Ладонь, что ночью казалась ласковой, грубо развела в стороны ее колени. Стужа заплакала и призналась: — Я испугалась! Испугалась, ясно? Тень приходит ночь за ночью, и становится так холодно, что хоть плачь! Я бы и шатуну[23] под бок забралась, лишь бы от нее спрятаться! Мороз мигом успокоился. Выдохнул и отпустил дуреху. — То-то же. Не забывайся, Студеница. Я не добрый хозяин тебе, я тот, кто жив твоей кровью. Понадобится – всю до капли ее выпью, поняла? Стужа подтянула колени к груди, обвила их руками и процедила: — Поняла. Больше не посмею тебя тронуть. – Она помолчала и вдруг дерзко добавила: – Даже если просить будешь! Мороз ажно рот разинул: — Проси-и-ить? Тебя? Стужа пожала плечами будто бы равнодушно: — Кто его знает, как дело повернется. До весны еще сроку немало. — Немало, – задумчиво согласился Мороз. Натянул портки, всунул ноги в сапоги и пошел прочь из избы, даже кожуха не накинув. Только бросил уже на пороге: — Та тень. Говорила с тобой? Стужа поежилась: — Впустить просила. — А ты что? — А я не впускала. Мороз кивнул: — Вот и не впускай. И вышел. * * * Тем днем Мороз отправился на лесной обход позже обычного. Прежде побродил по двору: искал следы, заглядывал под каждую ель. Но разве найдешь следы у тени? Борозд на окне и тех не осталось. Уж не причудилась ли Стуже и сама гостья? А коли что-то с ночи пошло не по привычке, так, считай, и весь день насмарку. Ожидая хозяина, Стужа робела. В самом деле, додумалась! Забраться под бок самому Морозу! Скажи ей кто такое дома, в Смородине, в рожу бы плюнула заливале[24]. Хорошо бы теперь уважить господина, порадовать угощением али еще чем. Покумекав, решила Стужа связать ему исподочки[25]. Мохнатки-то[26] у Мороза добрые, но носил он их на голую руку – оттого кожа на ладонях грубела и трескалась. Девица отчего-то вспомнила ладонь господина на своем бедре – грубую, мозолистую. Не хватало его рукам заботы, как не хватало ее избе, двору и самому колдуну. Что же, исподочки будут в самый раз. Где взять нитки и спицы, Стужа уже знала. Имелся у Мороза волшебный ларец, в котором находилось ровно то, что требовалось. В первый день господин достал из него понёву, обмотки и поршеньки Стуже по размеру. Опосля девка видала, как из того же ларца появляются крупа и сало, репа и капуста, а раз Мороз возвратился домой хмурый и молча вынул из ларя кувшин браги. Сама девица к волшебной утвари подступиться боялась, но куда деваться? Она бочком приблизилась к ларцу и на всякий случай поклонилась. — Мне бы ниточек… На вязанки. И спиц. Хоть самых плохоньких… Пожалуйста, – попросила она. Ларец стоял как стоял, не шелохнулся. Стужа потерпела маленечко. Потом еще малость. И наконец решилась – подняла резную крышку. — Ой, матушка! Спицы в ларце появились. Появились и нитки. А еще диковинное платье невиданной красоты и кожаные сапожки. Маленькие, аккурат девице на ногу. Ладные, с вышивкой! Хотя бы поглядеть, примерить хотя бы… Стуже довелось нарядиться лишь однажды – в парчовый похоронный сарафан, но в тот единственный раз, напуганная, она и порадоваться не успела. Платьев же, подобных этому, в Смородине никто не носил. Не сарафан и не рубаха, а нечто меж ними. Рукав длинный, до самых колен, посередь рукава прорезь. Ткань мягкая, невесомая, шелковая да гладкая, что перья у курицы. А цвет! Красок-то в деревне водилось немного. Яркие ленты разве что у заезжих купцов добывали, а что сами красили, было бледным, словно на солнце выгоревшим. Это же платье синело, как небо солнечным днем. Точно так же, как глаза Студеницы после обряда. Ну как утерпеть?! |