Книга Кровная месть, страница 57 – Аелла Мэл

— Спасибо, — кусаю губу. Он впервые сказал такие приятные слова.

— Сейчас быстро сполоснусь и мы поедем.

— Я буду внизу. — выхожу, тихонько прикрыв за собой дверь. Прислоняюсь к ней спиной. Улыбка непроизвольно растягивается на лице. Сердечко стучит иначе, не совсем как раньше. Щёки горят.

Успокоившись, спускаюсь в гостиную, о чём сразу же жалею. Там сидят дедушка, тётя Мадина и дядя Зубаир. Дедушка не смотрит на меня, его хмурый взгляд устремлён в документы перед ним. В очках он выглядит совсем по-другому.

— Удачного вечера, — неловко улыбается тётя Мадина. Она не знает, куда я иду? Не думаю, что она могла так отреагировать на нашу встречу с братом. Дед сразу вскидывает голову.

— Спасибо, — отвечаю, гулко сглотнув. Сейчас дед, как скажет что-нибудь неприятное. Но на удивление он молча возвращается к своему делу. Неужели Эльхан всё же сказал что-то такое, что он не трогает меня в последнее время? Опять ругался с дедом из-за меня…

— Милая, ты готова? — спасибо свекрови, вовремя пришла.

— Да, мама.

— Пойдём, Ризван уже во дворе ждёт нас. А где Эльхан? — следую за ней к выходу.

— Скоро подойдёт, — опять чувствую, как щёки краснеют.

— А я уже тут, — оказывается рядом и открывает нам дверь на улицу. Протягивает локоть мне, — Хватайся, жена.

— О, моя госпожа, ты великолепна, — появляется рядом с мамой Алсу Ризван. — Может, всё же поженимся?

— Возрастное ограничение, мой дорогой, — легко отвечает мама Алсу. Я немного удивлена таким поворотом. Смотрю на мужа, а он глаза закатывает.

— Её сын против твоей кандидатуры в качестве отчима.

— Твой сын, даже женившись, не даёт благословения на наше счастье, — грустно вздыхает, помогая маме Алсу, спуститься по лестнице. — Придётся нам и дальше жить, испытывая друг к другу запретные чувства. Умрём мы с тобой, моя султанша, с разбитыми сердцами.

— Ризван, я иду следом, — хитро говорит муж. — И ведь могу случайно так ногу поднять чуть выше, чем полагалось и попасть по одному месту. Возможно, и резко.

— Твой сын испытывает особую любовь поднимать за моей спиной свою ногу, — усмехается Ризван, подмигивая маме Алсу.

— Хватить уже вам, — с улыбкой качает головой мама. — Эльхан, ты сядь с женой назад. Я со своей запретной любовью вперёд сяду.

— Да, — чуть ли не стонет Ризван. — Позволь нам хотя бы в машине провести последние минуты рядом. Завтра опять будем запретно любить.

— Прекратите спектакль, — говорит Эльхан, открывая мне дверь, и помогает сесть. — Я понял, что вы от меня хотите.

— Да? — удивлённо восклицают оба.

— Да, — закатывает муж глаза, сев рядом. — Но мечтайте дальше.

— Вредный мальчишка, — грустно вздыхает мама Алсу.

О чём они говорили я, так и не поняла, а спросить смелости не хватило. Ехали мы под весёлый разговор двух друзей. Сколько уже проводим по вечерам время вместе в гостиной, так они вечно подшучивают друг над другом. У них столько историй, связанных и с весёлыми моментами, и с грустными. Они словно братья, а не друзья.

В ресторан вхожу с едва сдерживаемой радостью и слезами. Хоть и виделась до этого с мамой и разговариваем каждый день, но всё равно соскучилась. Нас проводят в отдельную кабинку, мои подходят через пять минут.

Сидели спокойно и смотрели меню, когда мама вошла. За ней стоит папа, братья и бабушка. Кажется, деда оставили дома. Вскочив с места, замираю. Хочу подойти и обнять всех, но неудобно. Все стоим и смотрим друг на друга. Молчим.