Книга Эксперимент «Тринадцать», страница 17 – Татьяна Новикова

— А девушка?

— Собранная, как на тренировке. Фигура зачетная. Розовый верх, темный низ, облегающее все…

Они вышли на открытое пространство. «Пожалуй, прав Чемпоеш, он должен был ее видеть».

— На этом месте я остановился, осмотрелся. – Ася отметила, что молодой человек побледнел. – Нет ее нигде. Ну и порулил домой. Это все. Вы извините. Мне пора.

— Подожди… Попробуй еще раз мысленно вернуться сюда. Закрой глаза. Утро. Погода прекрасная. Ты на парах, заряженный, предвкушаешь ее увидеть. А тут неожиданность. Что чувствуешь?

— Растерянность и разочарование. Сначала. А потом что-то такое накатило… – Саша не мог подобрать слов.

— Никого не заметил поблизости?

— Никого не видел, но это возможно… Еле заставил себя поехать, ощущение неприятное, как будто к земле прибило.

— Хорошо. На сегодня достаточно. Спасибо. На связи.

Ася заметила, что Чемпоеш замялся.

— Что-то еще?

— Как-то стремно оставлять вас одну. Я тогда такое почувствовал… аж «шерсть на загривке встала».

— Понимаю. Не переживай, я справлюсь.

На всякий случай Ася осмотрелась, опасения Чемпоеша вполне обоснованны. Хорошо, что утро. Вечером она бы точно здесь не осталась. Есть тропинки, которые вертятся около огромных труб теплоцентрали, стелются вдоль старого металлического забора, да и в центре дендропарка имеются укромные места, куда одной забредать не хочется.

В отличие от ухоженнего дендрария, до лесопарковой зоны деятельные руки мэра еще не дотянулись. Немудрено. Площадь огромная: между музеем-заповедником «Царицыно», Шипиловским проездом в Орехове, МКАД, Лебедянской и Липецкой улицами района Бирюлево Восточное. Интроверты частенько выбирают для прогулок наиболее «дикие» части парка, например по направлению к холмам Орехова. Ни асфальтовых дорожек, ни освещения, ни гламурной стрижки кустов. Хотя кое-какие работы все же проводились. Время от времени окашивали тропинки и, судя по рассказам Чемпоеша, через овражки и ручьи проложили, правда довольно давно, мостики.

Ворожцова решила сойти с дорожки. Ничего особенного найти она не рассчитывала. Чувствовала волнение Чемпоеша, фиксировала его воспоминания. Однако, чтобы объяснить другим, почему она взяла заявление, этого мало.

«А кстати, Ася, почему? – обратилась она к себе. – Потому что поняла: молодого человека беспокоит не столько пропавшая девушка, сколько осознание встречи со злом. Нет. Не так… Осознание того, что он оказался бессилен перед страхом. Или так… Что его обратил в бегство древний инстинкт самосохранения, даже не сама опасность, а ее ощущение. Надо взять на заметку, интуиция у заявителя развита превосходно, можно сказать, по женскому типу».

Ася шла по влажной траве и пыталась на месте понять, что парализовало волю молодого мужчины и заставило почувствовать свою слабость.

Нет, ничего такого. Она почти вернулась на тропинку, как вдруг в небольшой ложбинке заметила пару стеклышек-осколков от катафота. Порылась в сумочке, нашла пакетик, забрала находку с собой, зафиксировала в телефоне геоточку. Ася попыталась рассуждать. «Мог ли Чемпоеш не заметить здесь девушку? Небольшое углубление рельефа скрыло бы ее, если бы она упала с велосипеда. Потеряла сознание? Почему она вообще съехала с тропинки? Возможно, хотела уединиться от посторонних глаз. По траве катить – не вариант. Допустим, на нее напали: сбили с велосипеда или уронили вместе с ним».