Онлайн книга «Смерть с твоим лицом»
|
Когда Николай возвращался домой — в свою крохотную комнатушку в коммуналке в Мокрой слободе, — он выглядел сильно раздосадованным. «Что же это такое получается? Бьешься как рыба об лед, а все без толку! Повсюду несправедливость, которой, казалось бы, не должно быть в Советской стране, а она встречается на каждом шагу. Этот толстяк может себе позволить купить все, чего бы его душенька (если она у него, конечно, имеется) ни пожелала. Наверное, он обедает и ужинает в лучших городских ресторанах. Заказывает себе всякие там супы протаньеры, консоме с диаблями, поросят под сметаной, лангеты-де-бефы да шпинаты с пашотами. Он что, на все это честным трудом заработал? Как бы не так! Небось подвизался на какой-нибудь хлебной должности и подворовывает незаметно. Либо разные махинации проводит, что одно и то же. Обделяя таких граждан, как он, Николай Полыхаев, как его соседи и еще многие другие честные трудяги, которые лангеты-де-бефы не только что не едали, а даже не знают, как они выглядят». Уже стемнело, когда Николай ступил на улицу Кирова. Еще немного — и он будет дома, в своей комнатке огромной и шумной коммунальной квартиры в бывшем доходном доме то ли какого-то графа, то ли барона, который до революции использовался как ночлежка для фартовых[9], беглых, девиц легкого поведения, цеховых[10] и босяков, коим негде было больше приткнуться. Он — Николай Иванович Полыхаев — тоже босяк. Так, может, лучше податься в фартовые? Глядишь, и капиталец бы какой-то сколотил! Зажил бы веселее. Посередь улицы Кирова следовало свернуть в кирпичную арку и дворами пройти до бывшего доходного дома, превращенного из ночлежки в коммуналку, — разница, собственно, небольшая и малозначительная. Едва он вошел в арку, как увидел, что какой-то долговязый парень в кепке и видавшей виды телогрейке прижимает девушку к кирпичной стене. — Не ори, не то порежу, — грозно прошипел парень, одной рукой зажимая девушке рот, а другой пытаясь вырвать из ее ушей сережки, по внешнему виду золотые. Девушка как могла сопротивлялась грабителю — отталкивала, увертываясь от его рук, один раз у нее даже едва не получилось убежать, но он успел ухватить ее за локоть. После чего парень достал нож и стал угрожать, водя ножом у нее прямо перед глазами. Николай кинулся на выручку девушке, ударил парня и повалил его наземь. Девушка закричала, и тут откуда-то сбоку ему нанесли удар в нос. Пошла кровь, Полыхаев замешкался, и в это время парень, что был сбит с ног, быстро поднялся и бросился наутек. Когда парни скрылись в темноте, к Николаю подошла девушка и подала ему носовой платок. — Возьмите, пожалуйста, — произнесла она ангельским голоском. — А то у вас из носа кровь течет… Похоже, что и губа разбита. — Спасибо, пустяки, — поблагодарил Николай и приложил к лицу платок. Он тотчас стал красным, но продолжал благоухать каким-то совсем неизвестным ароматом. — Знаете что, давайте пройдем ко мне. Я тут неподалеку живу, — предложила девушка. — Так и я недалеко живу, — ответил Николай Полыхаев. Он продолжал держать платок у носа, хотя кровь, кажется, остановилась. — А где именно? — поинтересовалась девушка. Николай назвал адрес. — Так я живу через дом от вас, на улице Коротченко, — радостно отозвалась девушка. Она явно не хотела отпускать своего спасителя. — Вот и рубашку вы кровью испачкали. — Она дотронулась до воротника рубахи Николая. — Пойдемте, я постираю воротничок, потом проглажу его — рубашка ваша как новенькая будет выглядеть. Времени это много не займет… — Она поймала взгляд Николая и добавила: — Ведь вы же из-за меня пострадали… |