Книга Бой на далекой реке, страница 38 – Александр Тамоников

— Как хорошо, что ты приехал! — защебетала она, крепко обнимая Вячеслава.

Анна Бадье. Известная французская журналистка, военный историк, летчица-инструктор. Как оказалось, она пользовалась немалым авторитетом в Пекине. Стоило ей повиснуть на шее у Богданова — он успел шепнуть ей «свое» американское имя, — как почти все в зале сразу изменили свое настороженное отношение к американским гостям, как будто поставили «плюс» в какой-то своей анкете.

— Йен, Барти — невероятно рада вас видеть! — пролепетала Анна и тут же повернулась к остальным участникам встречи: — Я прошу прощения за мою излишнюю эмоциональность. Йен Керри очень помог моей стране в одном щекотливом деле. — Казалось, что Анна работала в связке с Богдановым. Если бы Дубко не знал, что командир удивлен так же, как и он, то подумал бы, что все это было продумано заранее. И вся эта встреча, и внезапное «узнавание» были прописаны в каком-то сценарии.

Зато все остальные, кто был на ужине, в том числе и американский посол, ощутимо расслабились. Снова зазвенели бокалы и послышались светские разговоры, которые как по команде смолкли после первых выпадов американского посла в сторону Богданова.

Вячеслав и Анна работали так, словно в самом деле все было спланировано. Темпераментная француженка рассказала пару баек из их «общего» прошлого, сочиняя на ходу, а Богданову только оставалось вставлять разные реплики в нужный момент. То, что этот момент наступил, он понимал, когда острый каблучок ее туфельки мягко касался носка его ботинка, чуть надавливая в нужные моменты. Так управлять разговором умеют только женщины с богатым опытом в разведке.

— Все-таки я думаю, что нам было бы неплохо для начала узнать то, что у вас есть. Как оно работает. Чтобы все присутствующие здесь составили для нас, ну, скажем так, — Вячеслав замялся, входя в роль торговца оружием, — лист желаний. А мы потом сможем поработать по этим запросам, постараемся выдать вам все желаемое. Эту просьбу я уже много раз передавал через нашего провожатого.

Переводчик перевела, и глава Комитета обороны с важным видом кивнул:

— Да, это отличная идея, тем более что мы уже работали с вашей компанией. Ваш представитель составил очень хороший план, но потом неожиданно покинул нас. Дэннис…

— Брайт, — сказал Богданов с улыбкой, мысленно порадовавшись тому, что в дороге от Москвы до Лучегорска он не только разговаривал с профессором Синицыным, но и несколько раз очень внимательно перечитал все документы. Дэннис Брайт — оперативный псевдоним Лучинского. Прикрытие было очень качественным, он работал под ним несколько лет, и не только в КНР. Работал настолько удачно, что со временем Брайт стал полноценной личностью, и его репутация говорила сама за себя. Успешный торговец оружием, контрабандист в прошлом, одно время руководил бандой наемников, которая наделала много шума в странах, уже прекративших свое существование как отдельная топографическая единица, войдя в состав более крупных. Лучинский успел много попутешествовать, ходили слухи о женах и детях, но скорее всего, это были лишь очередные страницы легенды. И таких легенд у него было несколько.

— Мы искренне обеспокоены тем, куда он пропал, — сказал кто-то, пока что Богданов из-за изоляции, которую устроили им китайские товарищи, не успел запомнить всех чиновников в лицо и не понял, кто это. Различал по одежде. Те, кто работал в партийных комитетах КНР, на верхах, одевались практически в одинаковые костюмы, чем-то похожие на униформу. Мало кто носил яркое и что-то отличное по покрою. Носить что-то интересное с национальными узорами могли себе позволить только простолюдины или крестьяне. Вот такая вот национальная ирония судьбы.