Книга Ты теперь наша рабыня, страница 54 – Рин Рууд

Отстраняюсь от Орана, разрывая наш тягучий поцелуй и жду, когда он примет на себя инициативу.

Внизу живота тянет, дыхание у меня сбилось и простынь сползла с плеч к попе.

— А кто грозился сломать меня? — хрипло шепчет он и улыбается. — Давай, Ви, возьми все в свои руки.

Я облизываю губы и едва слышно спрашиваю:

— Что?

— Тот, кто ломает, доминирует, — скользит взглядом к моим губам. — И перехватывает инициативу, — вновь всматривается в глаза, — или ты передумала?

Я все еще не понимаю, к чему он клонит.

— Ты была такой уверенной в себе, — проводит кончиком языка по верхним резцам, прищурившись. — Продолжай. Я согласен сейчас побыть снизу. Или ты отказываешься?

И я принимаю его вызов.

Почему нет?

Он думает, что я сейчас опять вспыхну смущением, стыдливо сползу с его колен и побегу к двери, а после позволю меня догнать и взять силой.

— Я не против такого сценария, но…

— Заткнись, — шепчу я и въедаюсь в губы Орана.

Хочу побыть ведущей в этой жаркой и сладкой игре. Надоело быть только принимающей стороной, которой вертят и крутят в разных позах, подчиняя своему темпу.

Хочу, чтобы Оран подчинился моему желанию, растворился в нем и подсел на него, как наркотик.

Ведь мое желание тоже должно подавлять, очаровывать и поглощать вместе с запахом моего тела.

Опасная игра, но я в нее сыграю.

Близость между нами все равно случится. Оран возбужден, и не отпустит меня, поэтому я сейчас изучу себе, изучу глубину своих пороков и и нырну в них.

Мои губы касаются шеи Орана, который запрокидывает голову с шумным выдохом и закрывает глаза.

Мои ладони скользят по его мундиру к паху. Неловкие пальцы расстегивают с тихим шуршанием молнию ширинки.

Вдыхаю запах Орана, который отдает терпким мускусом и древесной смолой, и у меня кружится голова.

Дух Орана въедается в слизистую, проникает в кровь, расходится по телу слабостью и становится частью меня.

Ныряю в ширинку, сжимаю в пальцах твердый, как теплый камень, член и на выдохе прикусываю мочку Орана, который издает тихий протяжный стон.

Не рык, а стон, от которого от макушки до позвоночника прокатывается волна жара.

Он сейчас полностью мой. Он не контролирует меня, он мной наслаждается.

Освобождаю член из плена, скидываю на пол простынь и затем оказываюсь над Ораном сверху, прильнув своими губами к его.

Стискивая за основание член, направляю его, приподнимаю бедра и медленно насаживаюсь на него.

Два стона сливаются в один.

Мо лоно истекает соками, саднит и пульсирует жаром. Оно раскрывается навстречу мужской плоти и принимает ее до основания.

Я чувствую, как грубая ткань брюк становится влажной и теплой. Веду бедрами, прохожу напряженным клитором по ширинке, выдыхаю стон под острой дрожью в теле и вновь целую Орана, который до боли стискивает мои бедра.

Приподнимаюсь и опускаюсь.

Медленно покачиваюсь на волнах желания, которое с каждой секундой становится требовательнее и неистовее.

Запускаю в короткие волосы Орана пальцы, стискиваю их, тяну и впиваюсь в его полуоткрытый рот, вжимаясь в него.

Дыхание сбивается до коротких всхрипов. Стопы сводит, грубая ткань ширинки обжигает клитор, внутренности закручиваются в тугой узел, и я ускоряюсь.

Я — само вожделение.

Прижимаюсь лбом ко лбу Орана. Моя кожа впитывает его испарину.