Книга Ловелас. Том 4, страница 87 – Илья Взоров

— Тебе не нужно ничего бояться, ведь я рядом, — прошептал я.

Моя ладонь как бы невзначай опустилась на её колено. Ткань юбки была гладкой, но под ней чувствовалось живое, бьющееся тепло. Я начал медленно, едва ощутимо сдвигать подол её юбки вверх, сантиметр за сантиметром обнажая подтянутые бедра. Рейчел вздрогнула, но ноги не убрала. Одновременно с этим мои пальцы свободной руки поднялись к её воротнику. Я аккуратно захватил маленькую перламутровую пуговку блузки и потянул её из петли. Одну. Затем вторую.

Шелк разошелся в стороны, обнажая ложбинку между грудей и край белого кружева.

За ширмой девицы рассмеялись еще громче. Берни, видимо, выдал очередную шутку, настраивая их на нужный лад. Этот чужой смех, запах феромонов, близость раскрепощенных тел и общая атмосфера порока, царившая в студии, действовали на Рейчел опьяняюще. Её зрачки расширились, а на щеках снова проступил лихорадочный румянец. Она задышала так, что грудь заходила ходуном.

Я продолжал двигать руку по её ноге выше, забираясь под юбку. Пальцы наткнулись на плотную полосу шелкового чулка, а затем нащупали металлические зажимы подвязок. Рейчел судорожно вздохнула, её бедра едва заметно качнулись навстречу моей руке. Я начал медленно, с легким щелчком расстегивать подвязки.

— Ты уникальная, Рейчел, — шептал я ей прямо в губы, обдавая её своим горячим дыханием. — Те девчонки за ширмой — просто обертка. А в тебе есть настоящая, женская глубина. Твоя красота неповторима, и мир должен её увидеть. Но сначала её еще раз увижу я.

Я почувствовал, как под моими пальцами, проскользнувшими к трусикам, ткань стала влажной. Девушка буквально текла от возбуждения, разрываемая между врожденной стыдливостью и диким, первобытным желанием, которое я в ней пробуждал. Да и не только я — вся окружающая атмосфера.

— Кит… пожалуйста… я так не могу, сходу… — пролепетала она, пытаясь перехватить мою руку, но её хватка была слабой, лишенной реальной воли к сопротивлению. Это такое «нет», которое любому мужчине слышится как «да»!

Вместо ответа я продолжил её раздевать, попутно лаская самые чувствительные зоны. Блузка окончательно соскользнула с её плеч, обнажая идеальную, гладкую кожу. Бюстгальтер отправился следом. Её грудь, высокая, с нежно-розовыми, уже напряженными сосками, вздымалась от частого дыхания. Я впился в них глубоким поцелуем, чувствуя, как отзывается мне Рейчел.

В этот момент фон за ширмой словно подстроился под наше настроение. Берни поставил музыку — какую-то новую, тягучую, невероятно сексуальную джазовую пластинку. Медленный, ленивый саксофон заполнил пространство студии, переплетаясь с ударами баса, что еще сильнее способствовало возбуждению.

Я помог Рейчел полностью освободиться от юбки и белья. Теперь она лежала на кожаном диване абсолютно голая, если не считать чулок. Она была прекрасна — чистая, белая кожа, изящные изгибы и эта невероятная смесь страха и вожделения в глазах.

Я припал к её телу, мои пальцы и губы творили с ней то, чего она, судя по всему, никогда в жизни не испытывала. Я ласкал её нежно, но с нарастающим напором, проникая в её тайны под тягучие звуки саксофона. Рейчел выгнулась дугой, её пальцы намертво впились в мои волосы, а затем перекинулись на плечи. Я все усиливал и усиливал амплитуду движения пальцами в ее вагине.