Книга Наказана с наслаждением, страница 80 – Кира Эро

Матриарх подошла ближе, и я почувствовала исходящую от неё силу — древнюю, необузданную, способную стереть меня в порошок одним движением.

— Человеческая девчонка, убившая одного из нас, ставшая любовью другого, — произнесла она медленно, и в голосе прозвучала ирония. — Парадокс.

Она подняла руку — когтистую, покрытую серебристой чешуёй, — и коснулась моего лба. Прикосновение было холодным, обжигающим, и я почувствовала, как что-то вторгается в мой разум, проникает глубоко внутрь, изучает каждую мысль, каждое воспоминание, каждый страх.

Я не сопротивлялась. Просто стояла, сжав зубы, и ждала, когда это закончится.

Матриарх молчала долго, глядя мне в глаза.

Потом она отпустила меня и повернулась к Совету.

— Я вижу её душу, — произнесла она спокойно. — Вижу боль, вину, силу, которую она сама не осознаёт. Она убила одного из нас — да. Но сделала это не из жестокости, а из необходимости. И несёт эту вину, как проклятие. Она достойна, старейшины. Достойна носить метку Пепельных. Достойна быть избранницей главы клана.

Она повернулась ко мне, и на губах мелькнула едва заметная улыбка.

— Пусть будет так, — добавила она тихо. — Человеческая избранница дракона. Редкость. Но не преступление.

Совет Семи замер, переглядываясь между собой, и я видела на их лицах неохотное согласие, смешанное с недовольством.

Но они кивнули.

Один за другим.

Признавая решение Матриарха.

Признавая меня.

Глава 32

Когда мы вернулись в его покои, дверь закрылась за нами с тихим щелчком, отрезая весь остальной мир — драконов, советы, угрозы, взгляды полные осуждения или любопытства.

Я стояла посреди комнаты, всё ещё ощущая адреналин после поединков, всё ещё видя, как Кьяртан сражался за меня, рисковал жизнью за право называть меня своей избранницей.

За меня.

За человеческую девчонку, которая убила его брата.

Господи, как же всё запутано.

Кьяртан повернулся ко мне, и я увидела в его глазах то, от чего внутри всё сжалось — не ярость, не триумф победителя, а что-то более глубокое, пугающее своей интенсивностью. Он смотрел на меня так, словно видел впервые, словно только сейчас осознал, что я здесь, рядом, живая и настоящая.

— Ты дрожишь, — произнёс он тихо, делая шаг вперёд.

Я и правда дрожала, хотя в комнате было тепло. Дрожала от напряжения, от страха, от облегчения, от чего-то ещё, чему не хотела давать имя.

— Просто адреналин, — ответила я, пытаясь усмехнуться, но голос предательски дрогнул. — Не каждый день видишь, как твой… как дракон сражается с тремя противниками одновременно.

Твой.

Я чуть не сказала “твой дракон”.

Когда я успела начать думать о нём так?

Кьяртан подошёл ближе, и я почувствовала исходящее от него тепло — не магическое, а самое обычное, человеческое, хотя он и не был человеком. Он поднял руку и коснулся моей щеки — медленно, осторожно, словно боялся, что я исчезну или оттолкну его.

— Рен, — позвал он, и в голосе прозвучала та нежность, что заставила моё сердце пропустить удар. — Посмотри на меня.

Я подняла взгляд, встречаясь с серебристыми глазами, и увидела в них отражение себя — растрёпанной, бледной, с расширенными зрачками и сбившимся дыханием.

— Я устала, — прошептала я, и слова вырвались сами, помимо воли. — Устала тебя ненавидеть. Устала бороться с собой.